«Возвращение ликвидатора. Новые игры» — читать онлайн бесплатно

Эпизод 1. Игры

– Игры? – я с удивлением посмотрел на старшую сестру. Не, я предполагал, конечно, что некоторые блондинки, как бы это сказать – прелесть какие дурочки. Не могла же народная молва ошибаться на сто процентов. Но чтобы настолько? – То есть, в тот момент, когда жопа разрослась до размеров Марианской впадины, ты предлагаешь плюнуть на проблемы, и поучаствовать в долбанных Играх? Алин, я всего от тебя ждал, но такого… Нет, такого не ждал.

В последний момент, даже небольшую паузу пришлось сделать, я увернулся от поучительного тумака, которым разъяренная сестренка пыталась меня наградить. Моя реакция за последнее время здорово возросла, и маневр удалось совершить без труда. Алина даже зашипела раздраженно.

– Мелкий, ты чем меня слушал, вообще? – сообразив, что завершить спор так, как она привыкла делать, ей не удастся, девушка вернулась к переговорному процессу. – Игры – это реальный шанс для нашей семьи спастись. Это деньги, известность, важные знакомства…

– Все это нам никак не поможет. – отмахнулся я.

– А еще, команда-победительница получает приглашение ко двору, на Рождественский бал. И участники группы имеют право озвучить Его Императорскому Величеству свою просьбу. Которая всегда исполняется. Всегда, понял! Это традиция, имеющая силу закона!

Игры – они же Ноябрьские Игры и Губернаторские Игры – проводились в Москве раз в год. Между собой соревновались команды разных учебных заведений – дворянских, разумеется. Там было разделение по возрасту, но не по силе. Что сперва показалось мне довольно странным – разрыв-то в уровнях мог быть очень даже серьезным.

Частично, это нивелировалось тем, что соревнования были командными – без всяких индивидуальных зачетов. Таким образом, грамотно подобранная группа, пусть и слабая, но слаженная (привет функциям и их Структурам) могла уделать более сильную, но разобщенную. В теории.

С другой стороны – если ты кинетик второй ступени, который пролез в списочный состав команды, понимая, что противниками могут быть тройки, четверки и даже пятерки – это исключительно твои проблемы. Ну, и еще капитана, который был настолько глуп, что взял тебя.

Пожалуй, это все, что я знал про Игры. Читал, но не погружался. Еще в период первичного изучения социума, в котором оказался, счел эту информацию не слишком важной. Олимпийские игры для детей дворян – пф-ф! Это точно меня не интересовало!

Но то, что сказала сестра сейчас – меняло все. Вообще, все.

– Тебя выпнули из университетской сборной. – напомнил я.

Не то, чтобы это имело слишком большое значение, электрокинетик третей ступени все равно не сможет стать фаворитом игр. Даже при грамотно подобранной команде.

– Да! Поэтому участвовать в Играх должен ты!

– Кхм, я?.. Да иди ты!

Тут, наверное, нужно откатиться к началу этого разговора, и пояснить, что, вообще, происходит. Дело в том, что я, а вместе со мной и вся семья Пичуга, попала под раздачу сразу двух аристократических родов – Воронцовых и Ланских. Обе они желали заполучить в собственность отель «Александръ», который мне подарил якобы умирающий граф Духанов-старший.

Не, он может и в самом деле готовился к визиту к давно почившим родичам, но подарок явно сделал это не по доброте душевной. Скорее всего, графа попросили оказать содействие – во имя интересов государства, естественно. А ему было не в лом или пофиг. Комитет охраны престола затеял какую-то свою комбинацию, на старте совершенно непонятную, зато теперь видевшуюся мне кристально прозрачной.

Как только я прошел первичное обучение на управление отелем, бывший владелец отправился отдыхать в теплые края – в Москве осенью ему, видите ли, ему не нравилось. А один хитросделанный коп по имени Сергей Ледящев, который и замутил весь этот блудняк, внезапно перестал брать трубку. И ваш покорный слуга остался один на один сразу с двумя Великими Домами.

Первые, Воронцовы, сделали предложение продать отель, а то «хуже будет», но Ланские пошли еще дальше. Пользуясь тем, что мой отец (Дениса, конечно же, не мой настоящий), был когда-то членом этой старшей семьи, изгнанным за своевольное решение жениться на простачке, они предложили мне вернуться обратно.

Пришли сразу после поверенного Воронцовых, в тот же день, и так и заявили. Мол, Дениска, как мы рады, что ты не сдох (жалко папка не дожил, да-да). А ты, мы смотрим, возмужал, оперился, отельчик в центре Москвы где-то отжал – молодец. Давай тогда уже и домой возвращаться. Не, не прям фамилию на Ланских менять, так пока и останешься Пичугой, но вот вассальную присягу принести надо бы.

Даже денег не предложили, уроды! А еще управляющего нашего над отелем поставь, и вот этих двух господ в собственники впиши, чтобы каждому по третьей доле досталось. А то… Ну, не нам тебе объяснять, мальчик. Воронцовы сожрут, например!

А те, получив вежливый, но твердый отказ, начали действовать. Как и обещали – стало хуже. Мама оказалась уволенной из больницы, где работала – что-то там не так с заявлением на отпуск без содержания оказалось. То ли написано неправильно, то ли подпись не читалась. Короче, потратившая время на помощь мне женщина лишилась работы.

Младшую тоже начали прессовать – цивилизованно, правда. В школе. За неделю она умудрилась получить двойку по шести дисциплинам, что здорово снижало ей общий бал и ставило крест на поездке на олимпиаду по математике – Лида имела отличные способности в этом предмете.

Не обошли вниманием и Алину. Ее, члена университетской команды, готовящейся на Ноябрьские Игры, внезапно исключили из состава. Тоже по каким-то смехотворным основаниям – какие-то замеры провели неправильно. Девушка рвала и метала, пыталась доказать, что пробы крови поддельные и вообще, но мне, услышавшему эту новость, было уже совершенно ясно, что правды она не добьется.

Князья Воронцовы взялись за дело всерьез, подключив множество связей. А там, где их не было – работали деньгами, коих у аристократов тоже было, как у дурака махорки.

Только меня никто не трогал. Не звонил, не дышал горячо в трубку, не шептал на тайных встречах: «Ну, видишь, как оно получиться может?». Короче, обложили со всех сторон и ждали, когда я сдамся. Сам наберу оставленный мне номер поверенного и скажу кодовую фразу: «Я готов к продаже отеля».

А, чтобы я не думал, что проблемы могут быть только у моей семьи, Воронцовы начали наносить удары и по бизнесу. Точнее, по подрядчиками, вышибая их одного за другим из длиннющего списка. У одних пожарные что-то обнаружили, у других – санэпиднадзор, у третьих – налоговая. Другими словами, сто лет прошло, а методы сильных мира сего ничуть не изменились.

Как и фээсбэшников – так я, по привычке, иногда называл сотрудников Комитета по охране престола. Решив стравить два оборзевших, по их мнению, аристократических рода, они без всякого стеснения поставили под удар пацана пятнадцати лет и всю его семью. Главное – результат, цель оправдывает средства, нет отходов – есть кадры. Вот девизы службы, которые за прошедшую без малого сотню лет ничуточки не изменились.

Мы с Куклой весь мозг сломали, но так и не придумали, как выбраться из данной ситуации живыми. Ведь, как ни крути, расклад на доске был патовым. Тут даже не стоял вопрос в том, чтобы все отдать, и разбирайтесь между собой сами. Выполнишь условия Воронцовых – огребешь от Ланских, выберешь «родичей» – отхватишь от княжеского дома. И при любом шаге – получишь нехилого такого леща от Комитета охраны престола.

Чисто гипотетически, у меня оставался шанс выжить в этой борьбе элит и спецслужб. Призрачный, но имелся. Однако, при любом выборе, я лишался отеля, наметившихся связей и самоуважения. На которое, в принципе, можно было и наплевать, я пацан с микрахи, не гордый, то есть. Но вот «волчий билет», полученный по результатам от всех участников этого сабантуя, ставил крест на моих далеко идущих планах.

Ни поддержки я больше нигде не получу, ни возможностей, ни стартового капитала. Так и буду болтаться на дне пищевой пирамиды. Если выживу, конечно.

И тут блондинка сестра приходит с идеей. Игры! В которых должен участвовать именно я – человек, которому бы, по хорошему, нужно скрывать свои возможности.

– Если ты думаешь, что не сможешь победить, то я с тобой поспорю. – на предложение отправиться прочь, Алина отреагировала удивительно спокойно. – Месяц назад первой бы покрутила пальцем у виска. Но сегодня… Ты здорово изменился после той, самой первой своей дуэли. Думаю, тогда ты получил толчок в развитии. Я права?

– Ну, в некотором роде… – промямлил я.

Изменения, происходящие с телом Дениса уже можно было заметить невооруженным взглядом. Нет, я не превратился в качка, перевитым мышцами-канатами, но стал крепче, подтянутее и сильнее. Мутации, проходящие под контролем Аналитика, уже почти восстановили регенерацию до прежнего уровня, повысили прочность скелета, плотность мышечных волокон. Скорость прохождения нервных сигналов тоже возросла. Я стал быстрее, улучшилась координация, что и продемонстрировал буквально минуту назад, увернувшись от подзатыльника сестры.

Понемногу восстанавливались и псионические способности, доставшиеся моему типу от всех других функций. Я вполне освоился в виаре Наставника, получив возможность в считанные минуты залечивать даже очень серьезные повреждения. Быстрый анализ ситуации и идеальная память от Аналитика, убедительность и умение воздействовать на собеседника – от Дипломата, телекинез от Лидера.

Удалось подрастить и «родовую» способность Дениса, который до безвременной кончины был гибридом-металлокинетиком. Даже ульта – Крик Чистильщика – понемногу стал подбираться к трети от прежних мощностей. Я по прежнему не мог вырубить даже слабенького новуса, но дезориентировал уже серьезно, и не на долю секунды.

Другими словами, как бы я не пытался казаться прежним Денисом Пичугой, с каждым днем походил на него все меньше и меньше. И не только из-за всех этих мутаций, так же и из-за характера. Ну не мог я терпеть, когда мной пытаются помыкать! Никогда с этим не мирился, и в новой жизни тоже не собирался.

О некоторых своих возможностях, ввиду невозможности их скрывать, пришлось рассказать семье. Откуда, в общем-то и пошла легенда о «толчке в развитии». КОП получило такое же объяснение, которым, как ни странно, пока удовлетворилось.

Но – Игры? На моем текущем уровне – это просто самоубийство!

– Это командный вид состязаний. – напомнила мне Алина.

Тем более! Из всех новусов, которые, благодаря своему происхождению от инопланетян-функций, как раз тяготели к группировке с другими такими же, я был законченным индивидуалистом. Боевая единица сама в себе, не нуждающаяся ни в помощниках, ни в команде. Не любящая, да и не особо умеющая работать с кем-то. Чистильщик. Ликвидатор. Убийца бракованных особей. Меня только на соревнования выпускать, ага!

«Теоретически…» – начала было Кукла, функция-Аналитик в моей голове, но я не дал ей закончить.

«Ты то ей не потакай, а!»

«Но других вариантов все равно нет!»

«То, что мы их не видим, не значит, что их нет! Мы можем попробовать использовать третью сторону, которой потом продадим отель, можем…»

«Сам-то в это веришь?»

«М-м-м… Нет… Но это не значит…»

«Просто подумай. – таким голосом, словно разговаривала с упрямым ребенком, произнесла Кукла. – Никто же не говорит, что решение нужно принимать прямо сейчас!»

– Да, и есть один нюанс. – тем временем продолжила говорить Алин, знать не знавшая, что я одновременно веду два диалога. – На регистрацию заявки от команды осталось всего несколько дней. Сегодня какое? Двадцать первое? Ну вот, девять дней значит. До конца сентября.

«Черт!»

«Ага. Никто не торопит, да, Кукла?»

– Алин, давай так – я подумаю. Не очень понимаю, почему ты вдруг решила, что я смогу войти в какую-то команду, да еще и с хорошими шансами на победу, но подумаю. Честно.

– Подумай. – очень серьезно ответила девушка. – Иначе Воронцовы с Ланскими нас закопают.

И с этим было сложно не согласится.

Когда старшая сестра ушла, я уселся за планшет, и принялся уже вдумчиво изучать все, что было связано с Играми.

Впервые их провели в 2029 году, когда большое количество появившихся новусов поставило крест на ранее проводимых Олимпийских Играх. У простецов появился закономерный вопрос – а зачем наблюдать за спортивными достижениями профессиональных спортсменов, обсуждать их доходы и взаимоотношения, когда любой представитель нового дворянства на голову превосходит тех, кто тренировался с рождения.

Ну и экономический аспект – с хренов ли платить столько миллионов за содержание этих бездельников?

При всем при этом, формулу «хлеба и зрелищ» ведь никто не отменял, так что появление какой-то альтернативы спортивным состязаниям, было лишь вопросом времени.

Первые несколько лет Игры пытались сделать международными, как и предшествующие. Но мир изменился, и границы между государствами стали не такими прозрачными, как раньше. Каждая империя, неважно, Российская ли, Британская или Германская, была в большей степени заточена на решение внутренних задач. Не буду их все перечислять, скажу просто – не взлетело.

Как и следующий «блин комом» – участие в играх специально подготовленных спортсменов из новусов. Простецам, конечно, было приятно понаблюдать за тем, как новые хозяева жизни бегают, прыгают и бьют друг другу морды, но ажиотажа, подобно былому, не вызывало.

Спорт, ну, большой спорт, в смысле – это же еще и большой бизнес, верно. Место, где крутится (и отмывается) огромное количества бабла. Ставки на спорт, большие выплаты, надежные букмекеры – вот это вот все. А с фигов капиталам заходить в нишу, если она не слишком-то популярна у львиной доли населения страны?

Но однажды в сеть попала запись школьного турнира по ОБЖ. По сути – «зарница», с помощью которой детишек-новусов в игровой форме учили взаимодействию на поле боя. Напомню, все одаренные, по сути, военнообязанные, костяк вооруженных сил, и в школах об этом не забывали.

Запись мгновенно завирусилась. Я ее, кстати, тоже посмотрел и был вынужден признать, что зрелище стоящее. То, как малышня и подростки штурмовали здания, швырялись разными предметами, молниями и огнем, никого не могло оставить равнодушным. Их неподдельные эмоции, радость победы и горечь поражения, кровь льющаяся из ран – все это порождало очень сильный отклик.

Не говоря уже о патриотическом моменте. Ведь простецы, которых по прежнему было большинство (и далеко не всегда с восторгом принимающее тот факт, что человечество разделилось на два вида), смогло воочию увидеть, что из себя представляют новые хозяева жизни. И – защитники их страны.

Короче говоря, правительство решило это использовать и, так сказать, масштабировать. Сперва в Москве, затем во всех крупных городах и краевых центрах, стали проводиться такие соревнования. В течение лет десяти-пятнадцати правила дорабатывались и шлифовались, после чего Игры стали выглядеть так, как сейчас.

Со временем, моду на подобные турниры подхватили и другие страны. Причем, каждая нация дополнила их своими особенностями. У американцев, например, было разрешено огнестрельное оружие, а у японцев – холодное. Европа решила не выделываться, и оставила все так, как было у русских. То есть, только природой (мутацией) отпущенные силы, командное взаимодействие и каждый год меняющиеся условия.

Ну, а китайцы… У них, как и у африканцев, никаких игр не было. Просто по причине, что холодный машинный разум пришельцев не нуждался в увеселениях и азартных играх.

– Итак, что у нас в сухом остатке. – подвел я итог, закончив изучение вопроса. Для экономии времени, ушел в Чертог, где визуализировал и свою бесплотную помощницу. – Три возрастные группы: 14–16, 16–18 и 18–20 лет. В каждой может быть только один победитель, точнее, команда-победитель. Все три победителя приглашаются на Рождественский бал, где действительно имеют право попросить о чем-то императора. И ни разу за все эти годы, отказа от монарха не было. Разве что, просителям их запросы частенько вылезали боком.

– Похоже на то, как джинны исполняют желания. – хмыкнула Кукла. В наставническом виаре она всегда была в своем первом и единственном человеческом облике – рыжей миниатюрной девушки. Модельной, даже кукольной внешности. Чем, собственно, и заслужила такое прозвище.

– Ага. То есть, по данному пункту, вроде, все честно. Что касается самих Игры – тут меня терзают смутные сомнения.

– Процент смертности?

– Нет. Пять процентов на всю страну в год, по всем городам – это крохи. Неприятно, конечно, когда попадаешь в их число, но организаторы без шуток заботятся о жизни и здоровье участников. Большинство летальных случаев приходится на личные разборки игроков и личный же идиотизм. Как с тем парнем, который спрыгнул с крыши четырнадцатиэтажки.

– Наставник третей ступени. Дебил.

– Во-во, я про это и говорю. Да и так, в мирной жизни больше шансов помереть, попав в разборки копов и Козырей. Нет, беспокоит меня не это, а сам формат. По сути своей, это военно-командная игра с неким устоявшимся перечнем сценариев. Захват флага, здания, освобождение гражданских и так далее. То есть, конкретный такой упор на некие реальные боевые дисциплины.

– Ты про то, что победить можно лишь командой?

– Точно. Что возвращает нас к вопросу – как бывшему, а для многих – настоящему школьному аутсайдеру, попасть в команду, которая имеет ненулевые шансы на победу.

– Ох, милый! – с нескрываемым превосходством улыбнулась девушка. – Я уж думала, что у тебя какая-то нерешаемая проблема. Нужно просто создать свою. Для этого нужны только деньги, а они для тебя сейчас – не проблема.

Я даже по лбу себя хлопнул, хотя в Чертогах в этом не было никакого смысла. Точно! Зациклился на том, что обычно команды формируются учебными заведениями и ими же и финансируются, и совсем упустил возможность самовыдвижения. Там очень серьезная сумма взноса, но тут Кукла права – в моей ситуации деньги наименьшая из проблем.

Да, я пока несовершеннолетний, а значит просто так мне никто сумму, равную стоимости хорошего особняка в престижном районе, на руки не выдаст, но это все равно не безвыходное состояние, верно? Есть где взять и «вообще не знаю, где взять» – это, все-таки, две большие разницы.

– Допустим. Тогда другой вопрос. Где найти еще десять идиотов, которые поверят, что школьный задрот способен привести их к победе?

Эпизод 2. Команда

Как ни странно, но на формирование первичного списка кандидатов не ушло много времени. Знакомых в этом мире у меня мало, а значит обращаться с предложением я могу лишь к тем, с кем уже контактировал. К своим одноклассникам, если уж совсем точно говорить.

И пусть большая их часть до недавнего времени воспринимала меня, как кусок навоза, прилипшего к подошве дорогих туфель, но все же за последние пару недель я сумел немного изменить это мнение. Надеюсь настолько, чтобы меня хотя бы выслушали.

С первым из кандидатов в команду я решил поговорить уже на следующий день. Дождался окончания уроков, пристроился к Малаховой хвостиком, и болтая о всякой чепухе, дошел с ней до парковки.

– Ир, есть разговор. – сказал я, когда до ее машины, монструозного джипа, на котором только пулеметной турели не хватало, оставалось не более ста метров.

– Рановато для предложения. – хмыкнула девушка. – Мы даже не целовались еще.

– Что? В смысле? А! – острый язычок подруги сбил меня с толку. – Не, я не об этом. Но, если речь только о поцелуях, мы сейчас же можем исправить это недоразумение.

– Ну, конечно! Мечтай! – рассмеялась Ира. При этом, как мне показалось, не так уж она была и против.

– Ладно, я могу подождать. – осталось мне вздохнуть с обреченным видом. – Но, если что, помни – я готов! А теперь к делу. Как ты смотришь на свое участие в Ноябрьских Играх.

– Никак. – дернула плечом Принцесса. – Отец против этого, он мне не позволит.

Было заметно, что по этому поводу девушка довольно сильно сожалеет. Ну, еще бы! Ведь участников Игр окружал такой романтический ореол, плюс реальные плюшки для победителей. Например, «автомат» по ряду школьных дисциплин за одно только участие. На четверть финала уже посущественнее бонусы, про полуфинал и финал даже говорить не буду.

– Давай пока опустим мнение твоего отца. Ты – хотела бы?

– Я уже начала привыкать к твоей наглости, Денис, но ты, по моему, уже берега путаешь. Сбросить со счетов моего отца – это очень самонадеянно.

– И все же?

– Ну, допустим, я бы хотела. И что?

– Это самое главное! Тогда второй вопрос – ты бы присоединилась к моей команде?

– Твоей… что? Пичуга, в школе уже есть три команды. На каждую возрастную группу. Откуда взяться «твоей» команде?

– А я самовыдвеженец. – гордо подбоченился я. – Ты знала, что так можно?

– Да, конечно, но это же безумные деньги! Пятьсот тысяч только регистрационный взнос. А еще обеспечение команды, продвижение, мерч…

– Деньги не проблема.

Блин, всегда хотел так сказать! В прошлой жизни как-то не сложилось – то средств не хватало, то время для подобных заявлений было неподходящим. А тут вот – сошлось. Аж на душе потеплело.

– А, это твое наследство… – «вспомнила» Ира о моем отеле. – И тебе мать позволит взять из оборота такую огромную сумму?

Вот, блин, женщины! Ну что с ними не так? Такой момент, такая мощная фраза. Нет, чтобы посмотреть на меня другими глазами и сказать что-нибудь, вроде: «Ты такой решительный!» Так ведь нет! А тебе мать деньги даст? Тьфу!

– Разберусь как-нибудь. Уж полмиллиона на взнос наскребем.

– Отец с коллегами как-то считал, что для полноценного участия в Играх нужно вложить около двух миллионов. – продолжила между тем Малахова, словно не слыша меня. – Так что полумиллионом тут не отделаешься.

М-дя, ну и цены у них тут. Впрочем, пути назад у меня не было, и вовсе не от того, что я уже рисанулся перед девушкой.

– Повторяю, деньги не проблема.

– И это говорит человек, который чуть не удавился за бокал дешевого коктейля!

– Знаешь, что! Семьдесят рублей за стакан сомнительного пойла – это нифига не дешево. И вообще, мы не об этом сейчас говорим, Ира! Ты бы присоединилась к моей команде? Ну, если твой отец даст добро?

– Ну, я не знаю…

Типичная девушка! Всегда у них так! Как до дела доходит – начинают троить. Во всем – будь то отношения или, как сейчас, рабочий вопрос. А, главное – зачем? Вот в чем выигрыш получается? Все равно же в итоге придет к согласию. Почему бы тогда сразу же не сказать – я согласна.

– Я бы очень этого хотел. – начал я скидывать на стол козырные карты.

– Это, конечно, льстит, но, Денис… Ты же слабый кинетик. И готов слить два миллиона рублей на авантюру, в которой не сможешь победить. Даже набрав сильных новусов в команду, ты проиграешь. Просто потому, что считают всегда по слабейшему.

– Ну, я здорово изменился…

– Не настолько, чтобы стоять против Воина четвертой ступени!

– Да справимся.

– На одной дерзости далеко не уедешь, знаешь ли! А знаешь что? Давай проверим! Павел или Влад?

– Прости, что?

– Справишься хотя бы с одним из моих телохранителей, я обязательно подумаю о своем участии в твоей команде.

Завелась девушка не на шутку. А я, что? Я – ничего! Хотелось бы, конечно, до последнего держать свои возможности в тайне, но Малахова, как и многие другие, мне были очень нужны. С ними придется быть откровенным. До определенной степени, естественно.

Повернулся к Паше, тот ухмыльнулся во все тридцать два, и с хлопком свел ладони.

– Я дам тебе фору… – начал говорить он, но закончить не успел. К моменту, когда парень добрался до слова «фора», я уже стоял у него за спиной, приложив указательный палец к сонной артерии.

– Не надо, Паш, я так справлюсь. – с деланной небрежностью произнес я. – Ир? Так что? Ты обдумаешь мое предложение?

Глаза Принцессы расширились до анимешных размеров. Она, наверное, рассчитывала, что я буду, как делал это прежде, пытаться катать ее телохранителя по полу, используя технику айкидо. Такой скорости она не ожидала.

Ну, конечно! Я ведь вложил в этот рывок немало сил, и даже с серьезно прокачанным скелетом и мышечным корсетом, заработал парочку растяжений. Шесть, если быть точным. Широчайшую защемило особенно сильно, но я не собирался этого показывать, хотя от резкой боли хотелось выть в голос.

Влад тоже выглядел ошарашенным, да и Пашка сдавленно матерился, возмущенный, что бой для него закончился, даже не начавшись. И не понимающий, как такое возможно. Мы же пару раз с ним и его напарником вместе тренировались – ребята просили их погонять по айкидо. Он был уверен, что знает о моих возможностях все!

– Я… А… Да… Да, я подумаю.

– Ну, вот и хорошо. А когда решишь, обсудим, как убедить твоего отца. Все тогда. Я пошел. Целоваться будем на прощание?

– Пичуга!

– Ухожу, ухожу! Чего кричать сразу? Обычный вопрос…

Когда отошел от подруги на несколько шагов, подала голос моя вечная напарница.

«Я не то, чтобы против кандидатуры Стрелка, да и Ирочка мне нравится, но, как ты собираешься убеждать ее отца?»

«А, то есть ты не сомневаешься, что она согласится?» – хмыкнул я.

«Чтобы девчонка устояла против такого напора? – протянула Кукла. – Нет, не сомневаюсь. Она слишком заинтригована, да и запала на тебя».

«Думаешь?»

«Мы, женщины, видим такое». – снисходительно произнесла она.

«Ты, вообще-то, функция». – напомнил я.

«Одно другому не мешает!» – парировала Аналитик. – «Так, что с ее отцом?»

«Ой, да это просто!»

Достал телефон и отстучал в мессенджер Ледящеву сообщение. Так, мол, и так, Сергей Сергеевич, нужна ваша помощь. Решил в Играх поучаствовать, требуется поговорить с отцом одного из кандидатов команду. И уже через пару минут принимал звонок от копа.

– Куда-куда ты собрался? – ехидно произнес капитан, игнорируя приветствия.

Неделю, гад, трубку не брал, а сообщения читал, но игнорировал. И тут вдруг сразу активизировался.

– Да, вот. На Игры хочу пойти. Разговаривал с Малаховой, в команде Стрелок очень нужен, но ее отец против игр. Ну, я и подумал, что вы, то есть, ваше ведомство, могло бы с ним побеседовать, чтобы он изменил свою позицию.

– А ты ничего не попутал, Пичуга? С каких это пор Комитет охраны престола бегает по поручениям мелких дворян?

Привычный вопрос. Мне его часто задают. Про берега, про границы, и все остальное. Еще порой интересуются степенью того, насколько я охренел. Мне было что на это ответить.

– Сергей Сергеевич, так я ж не у Комитета помощи прошу, а конкретно у вас. Вы мне должны, вообще-то.

– Это когда же я у тебя занимал?

– А когда этот блудняк с Ланскими и Воронцовыми организовали. Это же ваших рук дело. Решили столкнуть два рода на одном интересе. И меня положили в капкан приманкой.

– С чего ты взял…

– А хищники до сих пор меня не схарчили только потому, что тоже ждут подставу. Точно ли мальчик сам по себе или за ним стоит кто-то могущественный. Вы ведь поэтому перестали от меня звонки принимать, а Духанов – умотал на заграничный курорт. Чтобы аристократы поверили, что наживку можно брать. Но я не в претензии, кстати. Даже с пониманием, можно сказать.

На другом конце провода молчали. Капитан Комитета охраны престола не желал ни опровергать, ни подтверждать мои тезисы. Но меня это мало смущало.

– Так что – должны, и не спорьте. Заметьте, я не прошу у вас помощи с ними, понимаю, что это в своем роде тестирование меня. Но вот с Малаховым-старшим – могли бы и посодействовать.

– На Игры собрался, чтобы на Рождественский бал попасть. – моментально вычислил всю цепочку моих логических построений Ледящев.

– Ага.

– А сдюжишь?

– Попытка – не пытка, как говорил один ваш коллега из Испании. Торквемада, кажется. Так что? Поможете?

– Посмотрю, что можно сделать… – неопределенно ответил коп, и разорвал соединение.

«Ну, кстати, вариант. Может получится». – была вынуждена признать Кукла.

«Ну, а что ему оставалось-то? – усмехнулся я. – Честность, подруга – лучшая политика! Так, кто у нас там следующий на очереди?»

«Игнат Фурсов. Ты уверен на счет него?»

«Да я ни в ком не уверен! Но я никого не знаю, кроме своего класса, а от этих хотя бы понятно чего ждать. К тому же, у Игната очень интересный набор характеристик. Тройка в Наставнике и двойка в Лидере – такие, ребята, сама понимаешь, на дороге не валяются».

«Человек он дерьмовый!»

«Ну, знаешь! По одному случаю строить мнение не стоит!»

«Раньше ты этим постоянно занимался!»

«Ну, а сейчас у меня выбора нет!»

К Фурсову пришлось идти домой. Где он жил, я уже знал – встречались у его дома перед тем, как топать в ночной клуб. Где меня пытались подставить. Собственно, Игнат был одним из тех, кто пытался это сделать.

И нельзя сказать, что я его простил, просто правда выбора не было. Смогу уговорить толстячка, похожего на Гарри Поттера без шрама, получится и с остальными. А нет – нужно будет вообще бросать эту затею и искать другой выход из ситуации.

– Пичуга?

На лице одноклассника, открывшего квартиру, застыло выражение удивления и, как ни странно, облегчения. Словно он ждал кого-то менее приятного, чем ваш покорный слуга, и был рад, что за дверью оказался не он.

– Нет, блин, Дед Мороз. – буркнул я. – Фурсов, ты если внутрь пускать не хочешь, то оденься и выйди, я подожду. Разговор есть.

– Какой?

– В проходе я его точно не начну.

Толстячок помялся, но уже через пару секунд проворчал что-то вроде «щас, я быстро» и скрылся за дверью. Ждать его пришлось минут пять-шесть – явно дольше, чем требуется, чтобы сунуть ноги в ботинки и накинуть куртку.

– Ты, блин, красился, что ли?

– Не твое дело. Чего приперся. Если за тот случай в «Шатре» решил отомстить, то давай по быстрому. Бей морду и вали уже.

Ого! Вот даже как? У Игната, судя по всему, серьезные проблемы, раз он так легко подставляет щеку. Во всяком случае, посерьезнее школьных разборок. Боюсь, в данный момент мое предложение не покажется ему привлекательным.

– У тебя случилось что-то?

– Все нормально. Что хотел?

Да уж. Хрестоматийный подросток. Дикий, дерзкий, как пуля резкий. Весь мир бардак, все бабы… Впрочем, тут вряд ли замешана женщина. Как подсказывал мой богатый жизненный опыт, скорее деньги.

– Помочь. – начал придумывать я на ходу. – Погоди, Игнат, не ершись! Я еще в школе заметил, что ты какой-то странный, на себя не похожий. Там не решился подходить, вот сейчас…

На самом деле, ничего такого я за Фурсовым не замечал. Господи, да у меня своих проблем выше крыши, мне еще за чужими наблюдать! Но сейчас такой подход, якобы внимательность одноклассника, сработает лучше, чем ворох тупых вопросов.

– И че? – тут же окрысился Поттер.

– Да ниче. – пожал я плечами в ответ. – Просто, если ты помнишь, не так давно, именно я был на дне пищевой пирамиды. И никто мне руку тогда не протянул.

– А ты, значит, протягиваешь, да? Благородный такой?

– Нет, просто знаю, как темно и стремно там внизу. Короче, чел! Можешь ныть и себя жалеть, а можешь прекратить агриться и рассказать, что у тебя, нахрен, произошло? И мы вместе попробуем с этим разобраться.

Игнать грустно усмехнулся.

– Эх, Пичуга! Да что ты сможешь?

Но агрится, что характерно, он перестал. Уже победа, я считаю.

– Ну, как бы, уже смог. Мельников и Ландышев тому свидетели.

– Это не школьные разборки. Другой уровень.

Может оно и так, конечно. Но у меня тоже не битва в песочнице, где призом станет этот офигенный красный совочек. К тому же, про мое наследство из одноклассников знала только Малахова, а значит Фурсов продолжал считать меня таким же бедным, как и он сам. Поэтому, я толкнул его в плечо, предлагая пройтись, и, когда мы уже бесцельно шагали вдоль оживленной улицы, повторил.

– Расскажи.

И он начал говорить. Строго говоря, ничего необычного в его истории не было. Семья не богатая, мать-одиночка, как и у меня. Тянула двоих – Игната и его младшего брата, шкету только шесть лет исполнилось. Жили плюс-минус нормально, но матери приходилось пахать, как ломовой лошади.

Что закончилось довольно закономерно – болезнью. Новус ты там, не новус, а когда много пашешь, мало спишь и хреново питаешься, организм даст о себе знать. Хотя… То, что рассказал Игнат о своей матери, не вполне под эту категорию подходило.

Болезнь у нее была какая-то странная. Она все время хотела есть. Сметала за ужин весь запас продуктов на три дня и оставалась голодной. При этом не поправлялась ни на грамм, наоборот – худела со страшной силой. За неделю потеряла около пяти кило.

И без того незначительные сбережения семьи стали таять. Продукты приходилось покупать чаще и больше, плюс расходы на обследования, визиты к дорогим специалистам Наставникам. Результата это никакого не давало, но Игнат не сдавался. Он очень любил мать.

– У меня есть несколько каналов, я с них немного зарабатываю. – повел к завершению истории Фурсов. – Ну, там, рекламу кому-нибудь сделать. Или наоборот – антирекламу. Так, по мелочи, ничего серьезного. А тут контракт подвалил на шестьдесят тысяч сразу. Надо было одного политика местного, из районной управы, приподопустить. Выложить про его похождения с любовницей – запись с камеры. Я такое обычно не беру, политота, нафиг бы она была нужна. Но тут деньги нужны были, а делов – с малоизвестного канала разок запостить этот видос. Короче, взял…

– И что? Тебя нашли? Ну, люди того, про кого видео.

– Ага. К концу дня уже под дверями стояли. Очень доходчиво объяснили, что они сделают со мной, с братом и с матерью, если я не укажу им на заказчика. А я его не знаю! Мы в сети общались, по защищенным протоколам! Даже, если бы захотел его сдать, не смог бы!

– Тихо-тихо! Не ори! – остудил я разошедшегося одноклассника. – Не надо привлекать к себе внимания.

– А! – Игнат махнул рукой, как бы говоря, что жизнь его уже и так несется под откос. И вреда от того, что он тут поорет немного на улице, не будет. – Сегодня должны прийти за ответом. А мне им что говорить? Я уже два дня его пытаюсь найти, этого гребанного заказчика – никаких следов, даже! И вот как ты мне тут поможешь?

Я взял Игната под руку, поворачивая его в сторону дома.

– Чего? – не понял тот.

– Надо возвращаться. А то они придут, а тебя нет. Решат, что ты в бега подался.

– Да куда я сбегу, блин? Тут же брат, мама…

– Ну, они об этом думать не будут, поверь. Короче, приглашай меня в гости и пои чаем. Буду решать твои проблемы.

– Ты?!

– Да, Игнат, я. И хватит делать такие удивленные глаза! Погнали уже!

Эпизод 3. Самаритянин

Всю обратную дорогу до дома, Игнат создавал универсальный фоновый шум. Если прислушаться, то можно было узнать, что он «очень сомневается, что я или кто-то другой, сможет помочь ему с его проблемой». Но я глупостями не занимался – чего я там нового о себе узнаю – поэтому полностью погрузился в обдумывание ситуации. С привлечением советника, конечно же.

«Не уверена, что стоит влезать в чужие разборки. – вещала Кукла, недовольная моим решением. – Мы ничего не знаем о противнике, его возможностях, связях…»

«Все так. – возражал ей я. – Но и не узнаем, если не впишемся».

«Разведка боем – твоя любимая стратегия!»

«Есть такое. Конкретные рекомендации есть?»

«Узнать, что за политик, на которого компромат выкладывался, для начала. Его уровень, возможности…»

«Связи. Да, это понятно. Сейчас да дома доберемся, оттуда уже по сети посерфлю. Еще что-то?»

«Выясни возможности Игната. На случай столкновения с противником. Что он реально может, и насколько на него можно рассчитывать».

«Ясно».

Конфликта с политиком и его людьми я совершенно не опасался. Ну, серьезно – меня такие серьезные зубры сожрать хотят, так что от одного нового врага баланс не сильно сместиться. На крайняк – натравлю на него копов. Должна же быть польза от того факта, что я у них под колпаком нахожусь?

Квартира у Фурсова отказалась поскромнее, чем у нас. Всего три комнаты. Из одной, на звук лязгнувшего замка, выскочил шестилетний мальчишка. Увидев, что брат вернулся не один, он настороженно нахмурился.

– Здороваться не учили? – включил старшего Игнат.

– Здрасти. – негромко, на грани слышимости произнес малец.

– Он к чужим сперва всегда так. – пояснил одноклассник. – Потом еще замучаешься его от себя отлеплять.

– Меня зовут Денис. – я с улыбкой протянул руку мальчику. – А тебя?

Вместо ответа, пацан развернулся и скрылся в своей комнате. Вот и поговорили.

– Олег. – представил младшего брата Фурсов. – Пичуга, забей. Он всегда так. Давай по делу.

– Ага. – вслед за Игнатом, я прошел на кухню. Сотня лет миновала, дворяне появились, новусы, а русские люди для разговора все так же ведут гостя на кухню. Культурный код, фигли. – Расскажи мне о том политике, которого тебе поручили подставить.

– Зачем?

– Не тупи, а? Мне ж нужно понимать, кто он такой, какие у него возможности.

– Ты серьезно решил за меня впрягаться?

То есть, то, что я сюда уже пришел, это, как бы, не считалось?

– Да.

– Почему? Типа, такой добрый самаритянин?

– По кочану. Карму чищу. Игнат, сам просил по делу. Давай все, что есть на нашего политика.

Оказалось, что ничего особо страшного тот из себя не представляет. То есть, для школьников, особенно таких, как мы с Фурсовым, его влияния бы хватило с головой, но по если сравнивать с Воронцовыми или Ланскими – мелкая сошка. Какой-то товарищ помощника министра, не младший ассистент старшего конюха, но где-то близко.

Дворянин, естественно – барон. Постоянный член комиссии по культуре, должность, если что, общественная, ничего не решающая. На такие, с позволения сказать «посты» люди обычно идут, если у них огонек активиста в заднице горит. Или – для тусовки. Так сказать, формальный повод таскаться в места, где решаются главные вопросы государства.

– Значит, Сомов Андрей Васильевич… – задумчиво пробормотал я, разглядывая фотографию мужчины лет сорока с пухлым, каким-то пупсячим лицом. – И что, он сам приходил?

– Быков послал. Двоих. – отозвался Фурсов.

– Новусы? Ранги?

– Воин и Гибрид. За ступени не скажу, не докладывали.

– А про типы откуда понял?

– Ну, один из них очень сильный. Ручку на двери погнул, а она бронзовая, старого литья. Пришлось менять.

– Вандалили, значит. А второй?

– Пирокинетик. Постоянно пальцами щелкал, как зажигалкой. Ну, огнем.

– Понял. Били?

– Нет, только угрожали. Дали три дня на ответ, и свалили. Сегодня, получается, должны прийти.

– Ну, значит ставь чайник, будем ждать.

Конечно, у меня сегодня еще были дела, но такие – без привязки ко времени. Хотел еще с парочкой Воинов из класса по поводу команды перетереть, но это и завтра сделать можно. Но силачей много, а вот такой уникальный гибрид, как Фурсов – один. Так что, приоритеты сами собой расставились.

Был еще отель, но там все страшное, что могло произойти, уже случилось. А с остальным разберется управляющий. Фактически, он мог месяцами пахать, не видя владельца – это нормальная практика. Может, у меня даже получится так пожить. Ну, когда с проблемами – своими и чужими – разгребусь.

Смирившись с моим участием, Игнат действительно согрел чайник и даже налил мне чашку. Я благодарно кивнул, с удовольствием сделав крохотный глоточек обжигающего кипятка.

– Вопрос. Что ты можешь в бою? – спросил я, глядя прямо в глаза однокласснику. – У тебя очень редкий гибрид Наставника и Лидера. Что предполагает псионические атаки. Какие конкретно?

– А что? – тут же подобрался толстяк. Новусы, они такие… новусы. Живут, как пауки в банке, все подвоха ждут, подставы какой-нибудь.

– Ну, вдруг нам придется драться с твоими быками? Надо понимать, какую помощь ты сможешь оказать?

– Ты? Драться?

– Вот сейчас обидно было, Игнат. – хмыкнул я с пафосом. – Я вроде уже доказал в школе, что могу стоять и против Воинов.

– Так то в школе! А эти – взрослые. На одних хитрых приемчиках настоящего Воина, четвертой или пятой ступени, не свалить.

– То есть, ты, как боец, бесполезен?

– Чё сказал?

Я уже говорил, что подростки ужасно предсказуемые? Чистая правда! Самый просто способ заставить подростка сделать то, чего он делать не хочешь, запретить ему это. Или взять на слабо. Конечно, работает не на всех, есть и разумные особи, взять, хотя бы меня. Но в большинстве случаев – как часы!

Вот и сейчас Фурсов набычился, и стал перечислять свои умения и таланты. Их оказалось не так, чтобы много, но зато я убедился, что, как член команды, он просто незаменим!

Физуха у него была на уровне слабенького новуса. Сильнее человека, но даже не вдвое. Не знаю, есть в этом какая-то закономерность или генетический коктейль при смешивании дает такие вот случайные результаты, но факт остается фактом – чем сильнее человек уходит в псионику, тем слабее он физически.

Хотя, если брать исходник, то есть инопланетян-функций, то у них все не так работает. Лидер, например, слабее Воина. Но при этом, не сказать, чтобы очень сильно. На одной физухе боец командира порвет, но вот против связки грубой силы и псионических атак у него нет никаких шансов.

У Игната же по рукопашке была твердая двойка. А вот в ментальном плане он являлся отличником. С очень интересной ультой – вызовом страха.

– Это похоже на то, как ультразвук на собак действует. – пояснял он. – Только давление постоянно возрастает, и если человек не знает, что против него работаю я, то может впасть в состояние близкое к панике. Но, если другой псионик понимает суть воздействия, то он может от него закрыться. А еще иногда получается внушать свои мысли.

– Мысли ты пока оставь при себе, а вот с ультразвуком есть одна идея. Скажи-ка, ты Воина сможешь напугать?

– В лабораторных условиях у меня получается не всегда. Специалисты говорят, что способность будет развиваться со временем. Пик – на двадцать пять лет, примерно ожидают.

– Ну, а мы попробуем не ждать. Короче, слушай! План такой. Когда придут твои быки, мы с ними начнем говорить. Точнее, я. А ты врубай свой ультразвуковой отпугиватель, но очень аккуратно, чтобы не заметил никто.

– Что это даст? Как только они сообразят, просто запинают! Пичуга, пойми, это же профессиональные бойцы. В телохранители идут те, кто уже и боевые действия прошел, и вообще много чего за спиной оставил. Таких моим куцым даром не напугать!

– Ты самое главное сам не сцы. – успокоил я его. – И слушай меня. А пока давай пить чай и ждать гостей.

Ждать пришлось недолго. Ближе к трем в дверь активно забарабанил чей-то кулак.

– Это они! – встрепенулся Игнат. Кинулся было к входу, но я его удержал.

– Досчитай до двадцати, а потом иди открывать. Не здоровайся, ни о чем не говори, сразу же веди на кухню. Предоставь все мне. И не забудь про ульту.

– Уверен?

– В отличие от тебя, да.

Было заметно, как толстячок вздохнул с облегчением. Он явно относился к той категории людей, которые предпочитали закрываться от проблем толстым одеялом. И спихивать их на кого-нибудь. Как удачно, что я появился в его жизни, да?

Он нервничал, пока грохот продолжался, но послушно выжидал. Потом поднялся, резко втянул воздух, и пошел в прихожую. Через пару секунд я услышал, как громкий мужской голос проворчал:

– Что так долго, пацан?

И тут же на кухню вошел Игнат. Буквально вбежал. А за ним, отстав на несколько шагов, ввалились и быки.

К слову, я бы их так не назвал. Воин, тот который покрепче и повыше, выглядел даже с потугой на представительность. Этакий поседевший Джон Траволта из «Криминального чтива». Тоже в стильном костюмчике под осенним плащом. И пегие волосы не распущены, как у того, а собраны в куцый хвостик на затылке.

Второй пониже, худой и рыжий. Тоже костюм, плащ, такой универсальный деловой стиль. И в ресторан можно зайти, и по должникам пройтись с паяльником.

А вот интересно, почему уже второй известный мне пирокинетик (первым была младшая сестра) щеголяет огненной шевелюрой? Это мутация так влияет на пигмент или что? Впрочем, это так, отвлеченные мысли.

– О, Кость, тут еще один! – оскалился рыжий. – Ты чего, толстый, подмогу решил привести?

– Я сам пришел. – улыбнулся я открыто. – Вы присаживайтесь, господа. Обсудим наши вопросы.

– У нас к тебе вопросов нет. – на первый план, отодвинув напарника, вышел Траволта. – Так что, собрался и свалил. Пока возможность есть.

«Дипломатия провалилась?» – хмыкнула в голове Кукла.

«Да я еще не начинал даже!»

– И все же. – вслух произнес я. – Вы врываетесь в квартиру моего школьного друга, просите меня уйти, но делаете это без уважения. Так не пойдет. Неужели расчет только на силу?

Мой спокойный тон и сохраняемое на лице дружелюбное выражение, немного сбили напор посланцев. Настолько, что Воин положил руку на плечо Огневика, останавливая его, когда тот попытался рвануть ко мне.

– Ты кто такой? – спросил старший в этой парочке.

– Говорю же, одноклассник. Меня зовут Денис Пичуга. А еще мы в одной команде с Игнатом. Ноябрьские Игры, слыхали про такие? Ну и отлично. Я чего пришел-то? Узнал, что у моего друга и сокомандника возникли какие-то проблемы. И решил помочь в их разрешении. Вы ведь тоже в этом заинтересованы, господа?

Когда я сказал про команду и Игры, Фурсов бросил на меня изумленный взгляд. Но я его проигнорировал, полностью сосредоточившись на седом Воине. А тот буквально поедал меня глазами. Его сбивал с толку мой внешний вид. Точнее, тот факт, что подросток, у которого только только пушок на щеках начал превращаться в щетину, ведет себя, как опытный переговорщик.

– Твой дружок должен нам кое-что сообщить. – наконец сказал он.

– Имя того человека, который его нанял, верно? – тут же подхватил я. – Боюсь, он не сможет помочь. Дело даже не в том, что он не хочет этого сделать – попросту не может. Сделка была совершена дистанционно. И раз мы с этим разобрались…

Нет, я, конечно, и не надеялся на то, что они сразу же воскликнут: «А, ну тогда ладно, чеж!» и уйдут. Но бить то сразу зачем? Да еще с ноги! Тут дети, вообще-то! Яжедеть, например. Вот ничего святого у людей не осталось! В мое время… Хотя, там так же было. Люди же не меняются.

Наверное, Воин хотел меня просто сбить со стула. Чтобы потом вести переговоры в более выгодных условиях – он стоит, я лежу. Но я считал такую позицию неприемлемой, как и способ аргументации. Поэтому, ушел от удара, позволив противнику в щепу разнести стул, на котором сидел. Проведя одновременно подсечку.

Ну, ладно-ладно! Я немного сжульничал. Сперва я пустил Крик на минималках. Выгадал себе примерно половину секунды, а потом уже провел прием.

Так как ульта у меня пока ослабленная, Воин даже не понял, что подвергся псионическому воздействию. Просто взмахнул руками и красиво упал на спину. Точнее, сперва на шею, потом на спину – ноги-то выше головы взлетели.

А кухонька-то небольшая была, так что приземляясь, он задел и своего огненного дружка. Тот, впрочем, довольно умело ушел от падающей туши, но не учел дополнительно фактора в моем лице. Продолжая движение, которое началось, как подсечка, я толкнул кинетика раскрытой ладонью в грудь. И его уход тоже превратился в падение.

Пока быки поднимались, я быстро обернулся к Игнату и кивнул. Врубай, мол, свой генератор ужаса на полную катушку. Тот прикрыл глаза, напрягся, будто большую нужду стоя справлять решил, а на лбу тут же заблестели бисеринки пота.

И я почувствовал страх. Страх того, что сейчас оба этих взрослых и опасных дядьки поднимутся на ноги, и отпинают нас с Игнатом так, что про школу можно будет смело забыть на неделю, не меньше. А может и дальше пойдут – убьют обоих. Причем, одного просто и буднично, свернут шею или пристрелят. Из второго же сделают назидание. Какая-нибудь кровавая казнь. Что-нибудь в духе скандинавов с их «кровавым орлом». Или, быть может, «колумбийский галстук». Даже не знаю, что хуже.

«Защиту поставь, дубина! – ворчливо произнесла Кукла, и ее голос неожиданно успокоил меня. – Стоишь ведь прямо на пути волны, а пацан не по объектам бьет, а по площади».

Благодарно кивнув, я поставил ментальную защиту – стал думать о том, что это не мои эмоции – и сразу же стало полегче. По крайней мере, все эти кошмары с «орлами» и «галстуками» в голову больше не лезли.

А вот посланцев политика накрыло хорошо. Они же не знали про то, что их атакует псионик, к тому же только что потерпели поражением в скоротечной схватке с подростком. А дальше мозг каждого из них все сделала самостоятельно. Каждый раз, когда с таким сталкиваюсь, задумываюсь о том, а точно ли разум – благо?

Вот этот конкретный случай. Попав под направленное воздействие псионика, мозги быков начали играть против хозяев. Увеличивать угрозу в моем лице и занижать собственные возможности. Такой себе помощник, да?

– Достаточно! – произнес я, нависая над мужчинами. Не так это просто, когда ты щуплый подросток, а противники – матерые вояки. – Вы показали на что способны. Не впечатляет. Убирайтесь прочь. И передайте Сомову, что, если он не хочет войны между нашими родами, пусть приходит в отель «Александръ», спрашивает владельца, и предлагает пути урегулирования конфликта. Я жду виру за нападение на своего человека. Размер пусть обдумывает сам.

В другом месте, в другой ситуации, без иссушающей страхом мозги способности Фурсова, ничего бы не вышло. То есть, я мог бы выиграть первую схватку, уронить обоих быков на пол, но на этом бы все хорошее и закончилось. Они бы встали, и пользуясь преимуществом силы, опыта и замкнутого помещения, быстренько разобрали бы меня на суповой набор.

Но когда потерпели первое поражение, словили псионическую атаку, и тут же – психологическую – потекли. Плюс еще и слова услышали очень опасные: «война родов», «мой человек», «вира» и, конечно же, отель «Александръ». В реальности нового времени, это были серьезные угрозы.

Вот все это сложилась в их оплавленных мозгах в простую и понятную картину – мы наехали на чужого вассала. Возможно даже, на подданного какого-то аристо. Не может же известный на всю столицу фешенебельный отель «Александръ» принадлежать какому-нибудь низкосортному дворянчику.

– Мы уходим! – утвердившись на ногах, Воин поднял руки в символе мира. – Я услышал ваши слова. Мы передадим их нашему господину.

– Чудно! Тогда, всего доброго, господа. Рад был пообщаться. Игнат, а давай еще по чайку, а? Только сперва проводи гостей.

Вернувшийся через минуту Фурсов буквально сиял. Глаза светились каким-то внутренним огнем, а на лице блуждала глуповатая улыбка.

– У меня первый раз получилась так сильно надавить страхом! – поделился он, встав в дверях.

– В критических обстоятельствах наши возможности возрастают. – кивнул я. – Поверь, я это тоже проходил.

– А, ну да. Получается, ты…

– Не совсем, но близко. Позаниматься тоже пришлось.

– Ага, я помню, как ты Ландыша валял. – понемногу Игната отпускало напряжение, и вскоре он стал вспоминать и анализировать все, что я сказал незваным гостям. – Стоп, Пичуга! А что это за дела с «моим вассалом»? И нахрена ты приплел сюда отель Духанова? Это же настоящий аристо, она нас в пыль сотрет!

– Тут, видишь, какое дело, приятель. – я смущенно улыбнулся. – С недавних пор – это мой отель. Духанов-старший и подарил.

– Серьезно? Ну, дела! То есть, ты не шутил, когда про это говорил?

– Не-а. И знаешь о чем я еще говорил серьезно? Об Играх. Я собираю команду, не от школы, от себя. И мне нужен человек с твоими талантами. Что скажешь?

Эпизод 4. Структура

Конечно же он согласился. Какой, по сути, у него выбор был? Когда кто-то протягивает тебе руку помощи, а потом просит в ответ оказать небольшую услугу, отказаться довольно сложно. Сам себя потом поедом съешь, начнешь гнидой какой-то считать.

И так я получил второго человека в команду – в том смысле, что по Малаховой я тоже никаких сомнений не испытывал. Неплохо для одного дня, я считаю.

Так что закончив со спасательной миссией, я, довольный, побрел домой. Где, обсуждая с Куклой дальнейшие шаги в рекуртинге, вдруг (внезапно!) осознал, что не очень понимаю, что с этой командой, когда я ее соберу, буду делать.

В том смысле – тактика, стратегия и вот это вот все. Да в конце концов просто снова жить, принимая во внимание переменные в виде кучи других людей! Скажем честно – еще до того, как архив Чистильщика влетел мне в голову, я тяготел к одиночеству. Не прям чтобы в глушь, в тайгу, в Саратов – и друзья, и приятели у меня были всегда. Но вот что-то делать предпочитал один. Сам накосячишь – сам разгребешь. Предъявы, опять же, некому кидать, виноватить кого-то. Удобно.

Ну а когда стал новусом, все эти наклонности только усилились. Тип Ликвидатора был жестким индивидуалистом, так что семена упали на благодатную почву. Можно сказать – мы с ним нашли друг друга.

А теперь, когда вопрос моего выживания зависел от других людей, мне становилось не по себе. Как я смогу их контролировать? Что если они наделают ошибок? А если предадут? Блин, последний раз я игрался в команду с четвертым поколением новосибирских новусов! Даже клан мы свой запилили. Только кончилось все не очень хорошо.

Или взять то присоединение к себе трех ущербных функций – Статуэтки, Баскетболистки и Куклы. Выжила только последняя, да и та от рук за последний век совсем отбилась. Ведет себя больше, как супруга, а не штатный Аналитик!

– Ты чего искришь? – Кукла подошла поближе, ткнула крохотным кулачком плечо.

Ради экономии времени, разговор мы вели в Чертогах, где девушка щеголяла своим любимым обликом. И, разнообразия ради, разговаривала со мной, как нормальный собеседник, а не как шиза в голове.

– Боюсь. – честно признался я. – Людей боюсь. Ну, команду свою, в смысле. Что не справятся, что подведут или вообще предадут. Какой из меня лидер? Я всю свою жизнь одиночка.

– А я, значит, никто?

– Ты – совсем другое.

– Вот обидится бы сейчас на тебя, придурка. Но мы, высшие существа, слишком организованы, чтобы тратить время на бессмысленные эмоции.

– Повезло мне.

– Давай лучше разберем ситуацию. Предположим, что до регистрации тебе удасться собрать команду…

– А ты в это не веришь?

– Я лишь оцениваю шансы, при чем тут вера? Сейчас процент удачного выполнения данной миссии не превышает тридцати.

– Неплохо, кстати. Я думал меньше. Ок, продолжай.

Кукла кивнула.

– Начнем с того места, где у тебя уже есть десять новусов, готовых идти за тобой. Что дальше ты делаешь?

– Регистрация…

– С командой, что делаешь? Откинем оргвопросы. Ты же собрался победить в Играх. Как ты это планируешь сделать?

– Совместные тренировки…

– Это само собой. Конкретнее, пожалуйста. Какова стратегия?

– У меня ощущение, что ты меня к чему-то подводишь. – мы с Аналитиком знали друг друга слишком давно, чтобы я не услышал подтекста.

– Правильное ощущение. Я хочу сказать, что никакими тренировками за месяц ты не сделаешь из одиннадцати новусов команду, которая управится с противниками. Особенно, если учесть, что наберешь ты в лучшем случае середнячков. А сражаться придется с теми, кто перешагнул и четвертую ступень, и даже пятую. И готовиться к Игре они начали раньше тебя. И знают друг друга дольше.

– Твоя поддержка – бесценна, Кукла!

– Не ерничай. Я тебя не принижаю, а даю понять, что есть только один способ победить.

– И какой же?

– Сделать из команды Структуру.

Тут я малость подвис. Структуру? Боевую единицу функций? С Лидером во главе, парочкой Аналитиков и Наставников, Дипломатом и пятком Воинов?

– Чей-то я тебя, мать, не очень понял. В смысле, Структуру? А так, че, можно было?

– Ты тут недавно вспоминал, как меня с девочками нашел…

– Вспоминал.

История эта случилась в первые дни после массированного десанта функций на Землю. Я тогда в Африку подался, как настоящий несгибаемый борец за все хорошее против всего плохого. Встретился сперва с потерявшимся отрядом французского Иностранного Легиона, а потом вместе с ними взял штурмом базу одного сомалийского наркоторговца – в рамках оказания услуги.

И вот там, в подвале особняка злодея, нашел трех девушек. Точнее, уже функций. Скованных цепями, упакованных в гробы и, можно сказать, отключенных. Они как-то криво прописались в людях – Воин, Наставник и Аналитик. Остались вне Структуры, без Лидера, да еще и в плену.

Когда я по глупости встретился с одной из них взглядами, произошло сопряжение. Ликвидатор же по сути имеет задатки всех других типов функций, Лидера в том числе. Вот девчонки и сделали мне запрос на включение в мою Структуру. А я, не знавший, как это сделать, принял его.

Правда, из-за пули, которая сидела у меня в голове после первой встречи с Чистильщиком из Китая, полноценной синхронизации не произошло. Объем информации, перебрасываемый между нами, быстро забивал мой крошечный «кэш», и одной из функций приходилось раз в два-три дня устраивать перезагрузку, чтобы его «сбросить».

Другими словами, опыт в формировании устойчивой связи с другими функциями у меня был. А пули в голове – у этого тела – не было. Так почему бы и не попробовать?

– Ну, в этом есть разумное зерно… – все же с сомнением протянул я. – Только, как это сделать? Если ты помнишь, именно вы с девочками сделали всю работу тогда, я только где-то бездумно «ок» нажал.

– А ты восстанови в памяти процесс. – хмыкнула Кукла. – Ты же сейчас можешь поднять из памяти любой эпизод своей жизни. Правда, ты вместо полезных действий, зачем-то решил посмотреть себя годовалого, но уж сейчас-то, после того, как я тебе все разжевала…

– Понял-принял. Давай попробуем. – прервал я поток ее иронии. Вот ведь очеловечилась! Троллит меня непрестанно!

Действительно, стоило мне только сделать запрос к памяти о том эпизоде, как на поверхность тут же вылезло все. Вообще все! И словно бы снова пережил тот день, причем узнал о нем гораздо больше, чем понял тогда. Ну, потому что сейчас понимал больше.

Несколько минут, проведенных за анализом увиденного привели меня к мысли, что я смогу это повторить. Другое дело, смогут ли современные новусы откликнуться на мой зов, и принять приглашение к сопряжению? Я, кстати, нарочно, использую технические термины. Они лучше всего передают суть процесса.

– Слушай, а ведь правда… – медленно произнес я. – Это действительно может сработать. Структура функций в два-три раза сильнее такого же количества новусов просто за счет слаженности действий, скорости реакций и невербального общения. Если я смогу собрать команду и прописать их, как свои модули, то получу шикарные шансы на победу!

– Старый, но небесполезный. – «похвалила» Кукла. – Завтра и попробуем.

* * *

– Итак, у нас два Воина третей ступени, Стрелок-тройка и Псионик с массовым дебафом. – начал я собрание костяка команды. – Плюс я – всего понемножку, но не выше тройки тоже. Итого пять человек. А надо одиннадцать. Где еще шестерых брать будем?

По поводу такой странной численности команды на самом деле все было просто. Изначально, такое количество было обусловлено составом общевойскового отделения в армии Российской империи. Десять рядовых и командир отделения. Игры ведь на старте были ничем иным, как спортивной игрой в рамках военной подготовки в школах. А потом уже и менять ничего не стали.

Командный сбор состоялся на следующий день после уроков, в моем офисе – еще один жирный плюс от владения отелем в центре города. Не надо морочится, искать штаб-квартиру или, как нищеброды, обсуждать планы у всех на виду – на школьном дворе или на парковке. И добираться всем удобно – самый центр!

С утра, на первой же перемене, радостная Малахова сообщила мне о том, в чем я и так был уверен – ее отец «внезапно» изменил свое мнение относительно Игр. Разрешил ей участвовать в моей команде. Правда, с условием – в состав нашей команды входят Влад и Павел, ее телохранители. Так мы получили двух Воинов, что меня полностью устраивало. К тому же парни мне нравились, и мы, если так можно сказать, уже работали вместе.

В ответ я рассказал Ире, что завербовал Игната. Доводя до нее эту информацию, внимательно следил за реакцией девушки – а ну как у них контры друг с другом? Но она приняла все спокойно. Пожала плечами, кивнула и добавила вслух: «Хорошо».

Тогда же назначили мозговой штурм. В самом начале которого мне пришлось раскрыться. Не полностью, конечно, просто назвался универсалом с зачаточными способностями почти всех типов. Версия всех устроила – постоянная евгеника в отношении одаренных привела к тому, что точной классификацией, как это было в мое время, уже никто особо не заморачивался. Так, выделяли лишь доминирующий тип, и все.

Так что, чисто в теории, универсал, которым я представился, вполне мог появиться.

– Все зависит от того, какую стратегию мы будем использовать. – отозвалась Ира. – Что? Я может сама участия в Играх никогда и не принимала, но смотрела все трансляции первой и высшей лиги.

– Я ничего и не сказал. – буркнул я.

– Но ТАК посмотрел! – как всегда логично аргументировала девушка.

– К делу, ладно? Так что там ты хотела сказать по стратегиям?

Их я вчера тоже изучил, но остановился на своей. Но не нельзя же запретить людям высказываться! Мы же команда, толку от того, что я буду гнуть исключительно свою линию, не будет.

И Ира воодушевленно начала вываливать на меня то, что знала. Если обобщить, то все великое множество стратагем, которые наплодили за столь длительный срок, сводилось к трем базовым. Атака, защита, баланс. Другими словами, какие-то команды пытались играть от глухой обороны, другие делали ставку на лихой кавалерийский наскок, третьи же пытались совместить оба пути, взяв лучшее от каждого. Соответственно, и состав участников формировался так, чтобы можно было эту самую стратегию реализовать.

Дополнительно можно было бы назвать еще один принцип формирования команды – вокруг очень сильного одаренного. Иногда хитросплетения генетических мутаций рождали таких, что разрывало другим игрокам шаблоны (и штаны на задницах тоже). Называли их гениями, и, соответственно, вся стратегия строилась вокруг них. Можно сказать, что это был почти наш случай. Ну, будь я посильнее.

– Согласно статистике за последние пять лет, чаще побеждали команды, придерживающиеся атакующего стиля. – вставил Игнат.

Он по прежнему посматривал на меня настороженно. Ну, будь иначе – было бы странно. До вчерашнего дня он считал своего одноклассника типичным лузером, а тот вдруг оказался владельцем отеля, да еще и универсалом, который помог ему справится с наездом слуг одного мстительного барона.

– Не наш вариант. – высказался Паша. – Мы тут все середняки, выше тройки и нет никого. В атаке против четвертой и пятой ступени у нас шансов нет.

– Ну, у нас и в обороне их нет с таким-то раскладом. – подключился Влад. – Народ, я в целом за любой кипишь за ваши деньги, но на что мы вообще рассчитываем? Просто лицом посветить на всю Москву и слиться в отборочных? Вот ты, Дэн, говоришь, что нам нужно еще шесть человек. А как мы сможем их привлечь, если сами не понимаем на что рассчитываем на Играх?

С момента включения в команду бывших телохранителей Принцессы будто подменили. Они не молчали, как делали это раньше, а довольно толково участвовали в обсуждении. И вопросы ставили правильно.

– На силу команды, конечно же! – хохотнул я. Все тут же скорчили кислые мины, но я не смутился. Пришло время озвучивать наш план. – Я серьезно, вообще-то! Вы что-нибудь слыхали о Структурах?

– Боевая единица функций. – тут же отозвалась Ира. – Как правило, состоит из Лидера, Дипломата, одного, иногда двух Аналитиков, такого же количества Наставников и пяти-шести Воинов. Только непонятно к чему ты ведешь?

– К этому, в общем-то! Мы создадим свою Структуру!

Тотчас начался галдеж. Каждый счел своим долгом высказаться на тему того, что я сошел с ума. «Новусы так не умеют», «Нафиг я согласился» и «От Пичуги нечего другого ждать и не стоило» – как-то так.

Я спокойно переждал гомон, а когда он стал затихать, поднял руку.

– Не буду ни с кем спорить. Возможно-невозможно – проверим. Но что я знаю, так это то, что одна полноценная Структура сильнее в два, а то и в три раза, чем то же количество новусов.

– Про Структуры ты все правильно сказал. – Игнат дернул плечом, выражая крайнюю степень сомнения. – Но как это сделать?

– Попробовать. – хмыкнул я. – Других вариантов я не вижу.

– Взяться за руки? – сыронизировал Влад.

– Ну, на начальном этапе, это упростит задачу. Давайте прямо сейчас и проведем эксперимент?

– А Лидером будешь ты? – Малахова, кажется, больше всех других верила тому, что я говорю. Ну, еще бы. Ведь практически у нее на глазах вчерашний неудачник стал превращаться в кого-то совершенно ей неизвестного.

– Да. – и первым протянул ей ладонь.

Не без опаски, она коснулась моей руки своими пальцами, чуть вздрогнула, будто ждала, что ее сейчас ударит током, а этого не произошло. Улыбнулась и уточнила.

– А что теперь делать?

– Расслабиться, думать обо мне. Испытывать доверие.

– Интересный способ добиваться девушек!

– Но мы то не девушки. – Павел и Влад одновременно поднялись из кресел, приблизились, положив свои ладони на мои предплечья. – Ты там без глупостей, ладно?

– А у меня с доверием некоторые проблемы. – честно сообщил Игнат.

– Цепляйся, сейчас и узнаем, насколько они серьезные.

Когда физический контакт был установлен со всеми одноклассниками, я закрыл глаза и ушел в Чертоги. Буквально на пару секунд, чтобы настроится на создание аналога Структуры.

После чего потянулся сознанием к Ире. Девушка была больше других расположена ко мне, так что и шансы на успех были выше. Некоторое время я искал отклика, но не находил его. Уже внутренне смирился с неудачей, когда вдруг почувствовал, словно бы меня за руку кто-то взял.

«Не так. – поправила Кукла, а это была она. – Ты давишь, пытаешься силой прирастить дополнительный модуль. Нужно самому открыться. Пусть пример и не вполне корректный, но с новусами нужно воссоздать условия не нашей синхронизации, а вторжения того больного Наставника».

«Но ведь тогда они узнают, что я не вполне Денис Пичуга?»

«Да с чего бы? Поверхностные мысли, конечно, могут стать видны всем, но не глубинные. Иначе бы ни одна Структура не смогла бы функционировать. Слишком большой объем данных пришлось бы передавать. Давай, попробуй еще раз. Я обеспечиваю канал. Один-два модуля смогу потянуть и за счет ресурсов твоего тела».

Я попытался сделать, как говорила подруга. Расслабился, снял все блоки со своего разума, и тотчас почувствовал, как рядом зажегся огонек чужого сознания. И не один. Вокруг себя я насчитал всех пятерых сокомандников. Но если четыре горели едва заметно, как тусклая свеча в тумане, то один ярко пылал.

Малахова. Ей я и отправил зов. Девушка откликнулась моментально. Я почувствовал словно бы на вкус, окрас ее поверхностных… не мыслей, а скорее эмоций. Немного тревоги, воодушевление и лукавый девичий интерес. Подумал, что она красивая и тут же получил в ответ смесь смущения и одобрения. Открыл глаза.

Снаружи ничего не изменилось. Я видел собравшихся вокруг меня одноклассников, но теперь, дополнительно к этому, ощущал Ирину, как некую часть себя. Как онемевший палец.

«Встань». – подумал я.

Правильнее было бы сказать – выразил желание. Тонкие девичьи пальчики тут же выскользнули из моих, Ира встала, а связь между нами мгновенно прервалась.

Открыв глаза, я встретился с ее ошеломленным взглядом. Девушка стояла, глядя на меня сверху вниз, и не могла поверить тому, что произошло.

– Как это было? – спросил я. – Что почувствовала?

– А что-то было? – Влад с Павлом посмотрели сперва на меня, потом на свою подопечную. – Мы ничего не почувствовали.

– И я. – сообщил Игнат.

– Вас я не трогал. – пояснил я парням. – Только за Иру зацепился. Так что?

– Странное ощущение. – медленно произнесла Малахова. После чего стала пытаться сбивчиво описать то, что чувствовал и я. – А потом, когда ты захотел, чтобы я встала…

– Услышала мои мысли?

– Скорее, желание. Которое было и моим тоже. В общем, сложно объяснить…

Прекрасно! Значит, работает штука. Да еще и риска разоблачения нет. Очень хорошо. Было бы стремно пускать в свою голову людей, которых знаешь всего ничего.

Судя по лицам Павла, Влада и Игната, этот успешный эксперимент впечатлил только нас с Ирой.

– По описанию больше похоже на погружение Наставника. – высказался Фурсов.

– Да и боевая эффективность такая себе. – добавил Павел.

– Ага. Пока мы так будем на тебя настраиваться, нас уже по стенам размажут! – закончил Влад. – И вообще, нам все время надо за руки держаться?

– Ошибаетесь. – все еще находящаяся под впечатлением Малахова довольно улыбалась. – Если развить эту способность тренировками, получится что-то с чем-то. Работы, конечно, очень много. Но перспективы…

– Зато теперь я могу с уверенностью сказать, кто еще нам нужен в команде. – продолжил я. – Еще один человек с доминатой Наставника, хотя бы один Аналитик, и Дипломат.

После этих моих слов Малахова изрядно расстроилась. Прям видно было, как радость ушла из ее глаз, сменившись чем-то похожим на злость.

– Ты чего? – удивился я. – Я сказал что-то не то?

– Дипломатов очень немного. В нашей школе учится только один. Точнее, одна. – вместо девушки проговорил Павел. Столкнулся со злым взглядом подопечной, и сразу же сдал назад.

– Кузнецова? – с запозданием дошло до меня. – Вот же ж…

Эпизод 5. Гибрид

Конечно же мы сразу решили, что нет. Никакой Кузнецовой в нашей команде! Никогда – внутренний психологический климат важнее! Да она и сама не захотела бы, правда? Что ей делать настоящей аристократке среди обычных дворян? Мало того, что папенька, ретроград, засунул практически в общую школу, так еще и на Играх с ними бегать? Нет, нет и нет!

Ну, я так думал. И даже искренне в это верил. У Малаховой после моих клятвенных заверений пасмурность с лица ушла. Она милостиво кивнула, когда я сказал, что найду Дипломата в другом месте – как будто это было так же просто, как в «Пятерочку» за хлебом заскочить. И на том мы распрощались. Закончили первый командный сбор, назначили на завтра тренировку по синхронизации, и разошлись.

Точнее, они все разошлись, а я пошел к управляющему, выяснять нет ли среди помещений отеля таких, которые сгодились бы для тренировок десятка одаренных. Оказалось – есть. И полноценный тренажерный зал, и бассейн, и даже небольшой теннисный корт – подвальный и крытый, конечно, откуда в центре Москвы такая роскошь, как кусок свободной земли?

Но все они для моих целей не подходили – не стану же я закрывать доступ к этим местам проживающим в отеле гостям? Я как бы и владелец отеля, но и не дурак.

– Под прачечной есть старый склад. – сообщил Семен Губарев, управляющий отелем. – Мне кажется, что для ваших задач, Денис, он вполне подойдет. Я распоряжусь, чтобы к завтрашнему утру там навели порядок.

Мы с ним еще с первого дня договорились о том, что Денисом Всеволодовичем он меня звать будет только на людях. А один на один – просто по имени. Как и я его. Дядька, кстати, был мировой. Крепко мне помогал. Правда, выглядел не очень представительно для управляющего: лет пятидесяти на вид, низенький, едва выше полутора метров ростом, но крепкий, с хитрым лицом и очень цепким взглядом. По типу он был Аналитиком, причем из 4-го поколения.

Я когда об этом узнал, немножко взгрустнул даже. Четвертое поколение – это же «пшеки» мои. Когда-то они были моими ровесниками, многие даже младше. А сейчас я смотрю на мужика, который мне то ли в отцы, то ли в деды годится. И понимаю, сколько на самом деле прошло времени. Наверное, те, с кем я бегал по Новосибирску в 2020-м, все эти пацаны и девчонки, сейчас выглядят так же. Если живы, вообще.

– Спасибо! – искренне поблагодарил я мужчину. – Но мы только после школы придем, где-то после полудня.

– Тем не менее. – ответил управляющий. – И, кстати, Денис. Ваша мать просила вас ей позвонить, когда вы освободитесь.

Матушка Дениса – так я и не привык ее называть своей – целый день порхала по нашему активу, аки пчелка. Во все вникала лично, изучала возможности улучшений, разговаривала с персоналам. И, конечно же, выносила мозг мне и сестрам. По ее мнению, я, раз уж в жизни мне выпал такой шанс, должен бросить все дела, кроме школы, и погрузится в работу. А не заниматься сомнительной ерундой.

И это она еще не знала, что я на Ноябрьские Игры собрался.

– А она где сейчас?

– Последний раз она сообщала, что встречается с новым подрядчиком, которого нашла на замену выбывшему. Молочником. Это было около двух часов назад. Так что, вероятнее всего, она в твоем кабинете.

– Хорошо. Тогда я там ее и навещу. – я уже собрался уходить от управляющего, как вспомнил о том, что не давало мне покоя. – А скажите, Семен, нет ли у вас знакомых, у которых бы ребенок был с доминантой Дипломата? Причем, лет пятнадцати-шестнадцати?

Все же – Дипломат был нужен. У «оригинальных» функций данный тип, кроме псионических атак и обороны собственно связи в Структуре, отвечал еще и за взаимодействие между членами Структуры. Если Аналитики усиливали скорость передачи сигнала от Лидера к модулям, то Дипломат на порядок повышал качество. В моих условиях – очень важное умение.

Проблема же была в том, что в новусах данный тип не был особенно распространен. Ни тогда, ни сейчас. Конечно, встречался несколько чаще, чем мой, но все же являлся достаточно уникальным, чтобы его носитель, рождавшийся в клане, мог претендовать на второе место по старшинству, после Лидера. А при необходимости – заменять его.

– Не припомню. – отозвался управляющий. – Но я поспрашиваю.

Я кивнул – пусть надежда на это и была слабенькой, ее наличие – лучше, чем ничего. И ушел. Точнее, выдвинулся на встречу с мамой. По пути размышляя, как бы так получше подать свое участие в Играх? В конце концов, разрешение на выделение денег дает именно Анна Алексеевна, как мой опекун.

Шел пешком – в здании четырнадцать этажей, и поход с нижнего на верхний был отличной тренировкой дыхалки не слишком выносливого пока тела. На лестничной площадке между седьмым и восьмым этажом, легкие ожидаемо стали гореть. Пришлось останавливаться, чтобы восстановить дыхание.

Что меня и спасло.

Я наклонился, уперев ладони в колени, и пуля прошла над головой. Дальше уже сработали инстинкты – рывок влево, оттолкнуться от стены, бросок вверх по лестнице. Стреляли снизу, об этом говорил и звук, и траектория пули, выбившей кусок штукатурки. Самого стрелка я не увидел, да и не собирался рассматривать. Новус ты, не новус, а пуля в голову решает. Бежать на человека с огнестрельным оружием, особенно, если ты его не видишь – верный шанс схлопатать свинца.

Выбрал разрыв дистанции. Лестничный пролет скроет меня от убийцы, а чтобы преследовать, ему придется ускорится и сбить прицел. А там его можно будет и подловить уже, если повезет, конечно.

До девятого этажа я домчался так, будто предыдущих восьми и не было. Прижался к стене, пытаясь сквозь грохот сердца о ребра расслышать шаги преследователя. По логике вещей, он сейчас должен топать, как слон, но нет. Кроме своего дыхания и уже упоминаемого стука сердца, я ничего не слышал.

«Оценка». – приказал я Кукле, соскальзывая частью сознания в Чертоги. Подобный режим позволял немного «растянуть» время, уместив в одной секунде полторы, а то и две.

Та, понимая в какой мы сейчас оба находимся ситуации, сразу же перешла в режим живого компьютера.

«Пистолет с глушителем. Одиночный выстрел. Преследователь – новус. Вероятнее всего – гибрид с навыком маскировки».

Удобно все-таки иметь в голове независимые вычислительные мощности другой личности, заточенной прежде всего на анализ. Пока я, вывалив язык, несся через ступеньки, она сумела считать все данные, которые успели заметить мои глаза и уши. Даже те, которым я внимание не придал. Осознанно, я заметил только угол вхождения пули в стену. На оценку остального не было времени.

«Рекомендации?»

«Разрыв дистанции».

Хоть и ничего нового, но разумно. Не, чисто в теории, я мог бы попытаться навязать «стелсеру» бой, но результат его не смогла бы предсказать ни одна, даже самая умная аналитическая машина. А мне бы хотелось действовать наверняка. Так, чтобы по итогу остаться живым и здоровым. У меня, знаете ли, большие планы. Не хотелось бы слить их в унитаз в самом начале пути.

Так что пришлось уходить. Кукла даже план на скорую руку накидала. Еще вверх на пару пролетов, там нажать кнопку пожарной тревоги, зайти на десятый этаж. Направо и налево – длинный коридор, с расположенными по обе стороны дверьми номеров. Ныряю в ближайший – мастер-карта мне в помощь, и с телефона вызываю охрану. Это в любом случае будет быстрее, чем уходить по лестнице.

Потом сидеть за запертой дверью и ждать, пока четверо Воинов – штатное подразделение службы безопасности отеля – гоняет несостоявшегося убийцу по этажам. Не факт, что поймают, но точно спугнут и заставят отказаться от попыток меня прикончить.

Замечательному этому замыслу было не суждено сбыться. На десятом этаже, пущенная снизу пуля срикошетила от бетона ступени, и пробила мне левую икру. Потеряв часть энергии при столкновении с первым препятствием, вошла неглубоко – пробила лишь кожу и завязла в первом же слое мышц. Но, и это минус, осталась в ноге.

– Ах ты ж сука! – возопил я, падая вперед, едва успев выставить руки, а то бы лицом как раз в бетон вписался.

«Четыре. Три». – начала отсчет Кукла.

В боевом режиме, в котором я находился, пояснения не требовались. Это в другое время, я бы начал тупить, задавать вопросы, мол, а что это ты, дорогая, считаешь. Сейчас же я понимал напарницу с полуслова. Аналитик мгновенно рассчитала скорость движения противника, совместила ее углом выстрела, и выдала время подхода убийцы.

«Два. Один».

Мне удалось закончить как раз к единице. Перевернуться на спину, и ударить перед собой Криком. Недоульта ударила в воздух, где предположительно должен был находиться враг. И из пустоты на секунду выпала фигура.

Женщины.

Не пульсируй болью моя нога, не будь я загнанным, как конь после часовой скачки, мог бы и протормозить. Все-таки, основы норм поведения закладывают в детстве, а преследуют нас они потом всю жизнь. Одна из таких максим – девочек бить нельзя. Родители объясняют, что они слабее, их надо защищать, но никто, ни мама, ни папа, ни бабушки с дедушками, никогда не говорят, что однажды на твоем жизненном пути вдруг появится представительница прекрасного пола с пистолетом в руке. Которая уже дважды в тебя стреляла, и одним выстрелом продырявила тебе ногу.

Так что, среагировал я не по-джентльменски. Резко выбросил тело вперед и снарядом врезался в убийцу. Она взмахнула руками – стояла на три ступеньки ниже меня – и кубарем покатилась вниз. Вместе со мной. Продолжающим остервенело наносить удар за ударом.

Остановились мы на пролете между этажами. Она – без сознания, я – в крови и синяках. Но хоть не сломал себе ничего, а кровоподтеки заживут. Как и рана на ноге, надо только пулю будет достать.

«Кидай эту суку в Чертоги, пока она в себя не пришла!»

Впервые с момента первого выстрела, Кукла позволила себе эмоции. Не страх – боятся моя помощница не умела в принципе. Злость – вот что она испытывала сейчас. Кто-то напал на нас. Сделал это подло, со спины. Хотел не унизить, а убить. Это требовало наказания.

«Ага». – отозвался я.

Положил свою ладонь к тонкому запястью женщины, там, где рукав кремовой рубашки задирался, и потянулся мыслями к тусклому огоньку ее сознания. Миг, и несостоявшаяся убийца оказывается в виаре Наставник. Такая же бесчувственная, как и в реальности.

Я же материализую из воздуха пластиковые стяжки, переворачиваю противницу на живот, и без затей фиксирую ей руки за спиной, и ноги в щиколотках и коленях. Как там в Библии говорится? «Что вы что вы свяжете на земле, то будет связано на небесах». Что-то в этом роде. Спеленутый в моих Чертогах человек и в реальности не сможет руками махать.

Только после этого я вываливаюсь в настоящий мир, и начинаю осматривать пленницу. Лет двадцать пять на первый взгляд, но внешность может быть обманчивой – новусы же. Светлые волосы, собранные на затылке в короткий хвостик. Правильные черты лица. Немного крупноватый, в пропорциях к лицу, нос, будто у нее в предках греки или армяне были. Тонкие губы, накрашенные яркой помадой.

Одета – повседневно. Кремовая блузка с длинным рукавом, темно-серая юбка длинной до колена, туфли без каблука с мягкой подошвой – ага, вот почему я ее шагов не слышал! Сумочка, маникюр, кулон на груди и крохотные сережки-гвоздики в мочках ушей. Взглянешь на такую, никогда не подумаешь, что у нее в сумочке пистолет.

А он, тем не менее, есть. Вот, рядом лежит. Модель, естественно, незнакомая, я такие в начале двадцать первого века изучать не мог, а сейчас – как-то все времени не было. Однако, ничего выдающегося он из себя не представлял. Рамка со стволом и спусковой скобой, рукоять, вставленный в нее магазин. Ну, глушитель еще. А так, ничего такого, что я прежде не видел.

То, что технологии за без малого век не изменились, меня уже не удивляло. Консерватизм нынешнего общества можно было сравнить с комаром, застывшем в меду. Какое-то движение есть, но настолько неторопливое, что просто капец. С другой стороны, когда у тебя элиту общества составляют люди со сверхчеловеческими возможностями, живущими минимум вдвое дольше обычных, нафига меняться?

Пистолет отправляется в дамскую сумочку, та – мне на плечо и за спину. Сама наемница ухватывается под мышки и тащится наверх. На десятом этаже – жать кнопку пожарной сигнализации уже не нужно – я заволакиваю ее в один из номеров, и уже в реальности фиксирую на стуле разорванной наволочкой. На всякий. Черт их знает этих гибридов! Может у этой конкретной дамочки есть возможности вырваться из виара Наставника.

Фуф! Теперь можно выдохнуть и начать думать о чем-то за пределами выживания. Итак, меня хотели убить. Профессионал. Вооруженный. Специально пришедший в отель, то есть знавший, что найти меня можно здесь. Смешавшийся с толпой, некоторое время следивший, и когда подвернулась оказия – атаковавший. О чем это все говорит?

– О том, что ты умудрился за очень короткий срок оттоптать очень много ног. – заявила Кукла, материализуясь из воздуха. В целях экономии времени, мозговой штурм (как и последующий допрос), я проводил в Чертогах.

– Есть такое. – был вынужден признать я. – Но оно как-то само!

– Типичный Лях. – фыркнула девушка. – Что до подозреваемых… Навскидку могу назвать четверых. Воронцовы, Ланские, КОПы и Козыри?

– Стикс? – ухватился я за последнее предположение. – Узнал, кто стоит за его неудачей, и решил отомстить?

– Возможно. Князей ты сразу со счетов скидываешь?

– Да не стали бы они. С мокрухой вязаться ради того, чтобы получить отель? Они больше геморроя выхватят, чем профита. С моей смертью активизируются родичи графа, желающие вернуть собственность в лоно семьи, и копы, для которых моя смерть станет поводом прижать аристо.

– Допустим. А сами охранители?

– Охренители они, а не охранители! Уроды, блин! Не, Кукла, я если и злюсь на кого-то в этой истории, то больше всего на них. Замутили интригу и свалили в туман! Ни поддержки, ни помощи, ни охраны.

– Мы оба понимаем, почему они так поступают.

– И что, мне сразу должно стать легче дышать? Да вот нихрена!

– А они сами не могли?

Тут я всерьез так задумался. Могли? Да. Зачем? Понятия не имею. Если я чего-то не знаю в их раскладах, это не значит, что у них нет достаточно логичных причин меня убить. Взять, к примеру, ту историю с Наставником, который меня атаковал, а потом еще и обозвал Разрушителем Миров. Я, помню, когда у Ледящева про его судьбу спросил, куратор отчетливо так напрягся. А вдруг его руководство решило, что Денис Пичуга задает неправильные вопросы и вообще – слишком много знает? И приказали меня убрать?

Зная конторских – они вполне могли так поступить. Вот только рассуждать об подобном без серьезных доказательств – путь в никуда. Накрутить-наворотить сложные схемы и хитропланы можно, приплести рептилоидов, жидомасонов и Нибиру, но все в жизни, как правило, проще. Так что, нет. Я не думал всерьез, что за покушением стоят копы.

– Тогда остаются Козыри. – подвела итог напарница.

– Один конкретный Козырь. – поправил ее я. – Другим я, вроде, дорогу пока не переходил.

– Ох, как мне нравится твой оптимизм! – захлопала в ладоши Кукла. Вмиг превратилась из легкомысленной няши в серьезную барышню и ткнула пальцем в пленницу. – Давай у нее спросим? Она уже пришла в себя.

Главное правило виара или, как я его называю с недавнего времени, Чертогов, здесь все происходит по моей воле. Моя голова, так-то. Более могущественный псионик может попытаться навязать свои правила, но исходно – здесь сила на моей стороне.

Так что, я заметил, как женщина пришла в себя. Она могла сколько угодно притворяться, но толку от этого было чуть.

– С добрым утром, красавица! – поприветствовал я ее, создавая стул напротив и усаживаясь. – Давай знакомится. Меня зовут Денис, а тебя?

На самом деле, на мой вкус она тянула максимум на «ниче так», но я же не изверг какой, сразу подобное женщине вываливать. Вот избить, оглушить, затащить в виар, привязать к стулу и устроить допрос – совсем другое дело.

– Лучше бы тебе меня отпустить. – спокойно ответила она. Слишком спокойно для той, кто пришел в сознание, находясь в плену.

– И ты тогда не станешь меня убивать? Дамочка, ты хотя бы причинно-следственные связи в расчет бери, а? Хотела меня пристрелить, а теперь требуешь освобождения. Логика где?

– Ты перья не распускай, мальчик! Думаешь, удержать меня в своих Чертогах?

О, так это, оказывается, не того психованного Наставника придумка? Все новусы называют виар чертогами?

– Не удержу, да? Так, а чего ты тогда говоришь, чтобы я тебя отпустил? Нет, Кукла, поизмельчали нынешние киллеры. Совсем в логику не могут!

Пленница только сейчас заметила, что мы с ней в «комнате» не одни. Моя напарница держалась у убийцы за спиной, а теперь вышла вперед. И это сразу же разбило покерфейс женщины. До этого момента она считала, что имеет дело со слабеньким Наставником, у которого данный тип не доминантный – ну, не упомянул заказчик о такой малости! И тут вдруг выясняется, что «цель» способна вводить в виар сразу двух пользователей, а это уже совсем другой уровень силы псионика.

Как следствие, надежды на то, что я быстро истощу свои резервы, и она сможет вырваться, растаяли, как утренний туман.

– Осознала? – хмыкнул я. – Тогда давай попробуем начать еще раз. Как зовут? Кто послал?

Молчание. Сообразив, что на голос меня не взять, пленница решила играть в партизана. Ну, ничего. Пытки быстро меняют подобный настрой. Не то чтобы я был в них мастером, но ведь это виар! Как в хирурга на компе играть – чего не делай, а пациент все равно не умрет. Ну, максимум, от разрыва сердца, но что-то мне говорит, что дамочку с пистолетом таким банальным способом не убьешь.

– Просто для понимания. – с улыбкой Джокера, растягивающей мои губы, произнес я. – Мы в моем отеле, в одном из пустых номеров. При полном погружении в Чертоги, я могу замедлять время от объективного в три раза. Дел на сегодня у меня нет, а мать к ужину начнет искать самое большое через четыре часа. Так что, прежде, чем я начну, ответь себе на вопрос – ты выдержишь двенадцать часов нон-стоп самых изощренных пыток?

Эпизод 6. Выбор

Пленница продержалась три часа. В виаре, естественно. В реальности мы с ней проторчали в номере около полутора часов. Да, я соврал про скорость замедления времени, но это военная хитрость такая, так что не мне не стыдно. Да и она правды никогда не узнает.

Главное, раскололась. И рассказала очень много интересного. Совсем не того, чего я ждал, но все равно очень увлекательного и интригующего. В какой-то момент, как раз, когда женщина начала говорить, я вспомнил, что уже давно не выходил на связь, и меня мать хотела видеть. Так что ненадолго вынырнул из Чертогов, отзвонился управляющему, сообщив, что я немного залип на личных делах и Анну Алексеевну посещу чуть позже.

«Вот с пытками закончу – и сразу к ней!» – захотелось сказать под конец, но я, естественно, этого не сделал.

Да и то, строго говоря – пыток-то не было. Я просто моделировал в своем разуме различные ситуации, смотрел на реакцию пленницы и корректировал их. В итоге, выяснилось, что дамочка панически боится змей. Такая неожиданная фобия у наемной убийцы, надо же!

Но, к делу! Если коротко, то нанял Ларису (так она представилась), вовсе не Стикс. Как выяснилось, Козыри, как и князья с копами к нашей встрече вообще не имели никакого отношения. Заказчиком выступил – барабанная дробь! – Валера Мельников! Да-да, тот самый тупорогий одноклассник, который уже однажды (тогда – случайно) убил Дениса Пичугу. Теперь, как выяснилось, снова решил повторить злодейство. Только на этот раз не своими руками, а оплатив услуги наемника.

Это же насколько его должна была заесть обида на меня, а? Ну, подумаешь, вырвался паренек из твоей хватки, независимость демонстрирует, морды присным бьет – так что же, сразу убивать? Придурок, ей богу! Не придумал ничего умнее, кроме, как зайти в даркнет и найти там наемного убийцу.

Я, честно говоря, в шоке был.

Просто… Обычно таких реакций ждешь после серьезных каких-то залетов. Ну, типа, я обесчестил бы его сестру или заделал ребенка тетушке. Растоптал его честь, достоинство и человеческую нравственность особо циничным образом. Но за школьные разборки киллера нанимать? Серьезно? Это, как говорили в моем времени – эребор!

– И во сколько я обошелся? – уточнил я у уже расслабленной и охотно отвечающей на все вопросы женщине.

Дурында, наверное, думала – ну че там пацан сможет придумать? Соски, небось, выкручивать будет или насиловать. Подросток же! Сюрприз! Тяжелая жизнь, постоянные испытания и большой жизненный опыт быстро продемонстрировали наемнице всю глубину ее заблуждения.

К слову, последние пятнадцать минут мы с ней общались вполне мирно. Ну, когда она поняла, что пионера на допросе в гестапо корчить смысла больше нет. Я задавал вопросы, она отвечала. Пастораль! Можно сразу было с этого начать.

– Двадцать пять тысяч. – ответила Лариса.

– Это много или мало? – так-то я понимал, что сумма для школьника крупная, и на столовских обедах ее не сэкономишь. Но мне же хотелось понять уровень цен на рынке криминальных услуг. Вдруг придется воспользоваться?

– Ты не казался… сложной целью.

– То есть, не слишком-то много? А за убийство князя ты бы сколько взяла?

– Какого князя?

– Да любого! Настоящего аристократа, новуса, живущего в жутко охраняемом особняке, набитом телохранителем и системами безопасности?

– Я бы не взялась… Не мой уровень.

– Это хорошо, что ты понимаешь свои пределы. Но все-таки. Мне, чтобы порядок цен понять.

– Такие заказы начинаются от пяти миллионов.

Я даже присвистнул. Ну ничёсе! Пять лямов! И это еще нижний ценовой предел. Хотя, чего я удивляюсь – аристо сами по себе монстры, а не люди, так еще и личными армиями себя окружают. На вынос такой цели надо собирать неслабую команду, вооружать ее по последнему слову техники, подкупать ближний круг, несколько недель только планировать операцию… И то не факт, что получится.

А тут я – обычный одаренный школьник. На которого с небес пролилась благодать, и который не удосужился в связи с этим обзавестись охраной.

– М-дя… – протянул я. – Двадцать пять штук. Даже обидно как-то.

В нашей беседе с наемницей образовалась небольшая пауза. Я размышлял о том, что мне делать с этой новой информацией, наемница же смиренно молчала, ожидая, когда ее тюремщик разродится новыми вопросами. А, нет, гляди-ка! Решила без спроса рот открыть!

– Кто ты такой?

Закономерный вопрос. Так-то, дамочка уже поняла, что мальчик перед ней – не совсем мальчик. И рискнула выяснить, под чьи танковые гусеницы ее злодейка судьба бросила.

Что подводило меня к другому вопросу – с ней что делать? Убивать? Понятно, что это самый простой вариант, но тело-то куда девать? Что-то я сомневаюсь, что управляющий отелем, при всей его лояльности, поможет мне избавиться от трупа.

Есть, конечно, вариант, довести до сердечного приступа и оставить где-нибудь на лестнице или в коридоре. Мол, шла красавица по своим делам, песенку под нос мурлыкала, и вдруг моторчик перестал послушно качать кровь и лопнул. Бытовая смерть – получите и распишитесь.

Может сработать? Вполне! Только от такого подхода следы все равно останутся. Особенно для тех, кто будет знать, что и где искать. Я ведь и на камерах засветился, когда ее по коридору в номер волок. Без мертвого тела никто, если сразу не заметил, специально их просматривать не будет. Зато, когда обнаружат наемницу – тут же посадят всю дежурную смену за просмотр записей.

А мне на себя мокруху вешать нельзя, за мной копы пристально наблюдают. Нафига им давать еще один рычаг давления на меня? Не, я, конечно, владелец, и записи могу изъять. Но это тоже породит вопросы. На которые, возможно, в будущем придется отвечать.

Выводить ее из отеля и там кончать? Тоже такой себе вариант. Где-нибудь наслежу, я же не профессиональный киллер, чтобы уметь заметать за собой.

Видимо, пока я размышлял о будущем несостоявшейся убийцы, что-то на моем лице отразилось. И женщина все поняла.

– Прости! – зачастила она. – Это не мое дело! Будь ты хоть чертом – мне все равно! Не убивай меня, прошу!

Похоже, она решила, что убивать я ее буду за то, что она посмела спросить кто я такой.

– Ну-ну. – буркнул я. – Ты еще о детках, что дома ждут расскажи. Сама-то стреляла в меня без тени сомнения в своих красивых глазках.

– Пожалуйста!..

– Лариса, ты ведь неглупая баба, да? Ну, сама тогда прикинь – какие у меня еще варианты? Да, твоя смерть мне не слишком нужна, но и жизнь, если разобраться, тоже. Всем будет лучше, если тебя не станет. Ну, мне так точно.

Врать ей в глаза у меня не было ни сил, ни желания. Пусть лучше сразу поймет, что «долго и счастливо» ей не светит. В конце концов – работа у нее такая. Связанная с риском.

Но женщина сумела меня удивить.

– Оставь мне жизнь и я присягну тебе!

– В смысле?

Не то, чтобы я прямо заинтересовался, но любопытство в моей душе ей разжечь удалось. Что еще, нафиг, за присяга? И почему ее достаточно, чтобы она осталась жить.

– Я стану твоей слугой!

– Слушай, секс-рабыни нас не интересуют. – вклинилась в диалог Кукла. Она, напомню, присутствовала на допросе от начала до конца. – Да и иметь под рукой шлюху, которая может тебя прирезать во сне – такое себе.

– Кто говорит о сексе, Денис? – на мою напарницу пленница даже не посмотрела. – Я предлагаю тебе свою жизнь, как вассал! Я, между прочим, тоже, дворянка!

– Ой, да тут в кого ни плюнь – дворяне! – не унялась Аналитик. – Тоже мне!

Я с укором взглянул на нее, мол, ну чего ты напустилась? А потом дал знак, что поговорить требуется без свидетелей. И, желательно, обладая какой-то информацией по вопросу.

Так, что оставив женщину в Чертогах, сам я вывалился в реальность. Что ни говори, а на крючок она меня подсекла. Стало интересно, что же это такое она предлагает, что сама, вполне искренне считает, что это сработает? Ведь не врет же – меня в моем же сознании обмануть может только совсем нереальной мощи псион.

Оказавшись в номере, я вытащил телефон и тут же вошел в интернет. Забил в поисковик «вассалов», «присягу» и погрузился в чтение.

«Ну, что скажешь?» – через несколько минут спросил я у Куклы. Зная Аналитика, она прочла все еще раньше моими глазами, и уже успела сделать выводы.

«Интересный вариант. – протянула девушка. – Нет, в самом деле интересный. Пойти на такое добровольно только, чтобы тебя убить… Не, сомневаюсь. Скорее всего, она искренне желает таким образом спасти свою жизнь».

«Вот и мне так кажется. Воткнуть себе в голову бомбу не каждый рискнет».

Суть института пожизненного вассалитета, о котором говорила Лариса, заключалась вот в чем. С момента принесения клятвы, а процедура эта добровольная, она отказывалась от своего права на жизнь, и передавала ее в мои руки. Причем, не фигурально. На разум вассала ставилась ментальная блокада. Сделать это мог любой сильный Наставник, правда, при условии, что вассал полностью открывал ему себя.

Итогом становилась такая вот вынужденная верность и преданность, ведь по сути слуге прошивали новые поведенческие паттерны. Служить господину и умереть на месте, если вдруг задумаешь против него что-то недоброе.

Уж не знаю, что за придурок из новусов это придумал, но штука реально жесткая. И не слишком распространенная. Обычно, таким образом поступали с проштрафившимися аристократами, убивать которых было не выгодно, так как на их жизни было завязано множество других вопросов. Или – они могли потом пригодиться.

Но главное, подобное можно было проделать только при согласии жертвы. В интернете встречались упоминания о неком князе Арефьеве, живущем в Иркутске, который таким образом обзавелся двумя личными слугами – сыновьями своего погибшего врага. Они стали его телохранителями. Довольно садистский способ расправы, ведь даже помыслить против своего господина они не могли. Но, сами себе такую судьбу выбрали. Как говориться, выбирая между смертью и бесчестием… Или там про войну и позор было? А, да пофиг, вообще!

«А делать с ней что после этого?»

«Блин, Лях! Она убийца! Придумаем какое-нибудь применение ее талантам!»

«Да как-то стремно… – протянул я без особой уверенности. – Это же фактически рабство».

«А чего я тебя уговариваю? – возмутилась подруга. – Вали ее тогда и дело с концом!»

«Может, это действительно более простой вариант…»

Но, чем больше я об этом думал, тем больше мне предложенный Ларисой вариант нравился. Имелись в нем, конечно, и минусы. Взять хотя бы лежащие на поверхности. Если я оставлю ей жизнь, что с ней делать? Держать при себе? В каком статусе? А зарплату платить? А как матери это все объяснять?

Но плюсы все равно перевешивали.

«Да решил же уже все! – рявкнула в голове Кукла. – Сколько можно сиськи мять?»

«Да иду я, иду!» – отмахнулся я от помощницы, и вернулся в Чертоги.

– Лариса, ты хорошо подумала? – уточнил я первым делом.

В реальности я провел около пяти минут, которые для пленницы превратились в десять. И она аж извелась вся. Сразу же, стоило только вопросу прозвучать, выпалила.

– Да! Я готова! – и уже тише. – Ты сам сказал, что я не глупая. Других вариантов выжить у меня нет. Не после того, что я видела.

А, главное, что она тут видела-то? Ну да, мальчишка с силой не по рангу. Слишком умелый и хладнокровный для такого нежного возраста. Слишком, скажем так, изобретательный. Маловато для такой реакции или в самый раз?

– Я все понимаю. – продолжила меж тем она. – Ты скрываешь свою истинную личность. Не знаю, по какой причине, и меня это не должно касаться, но с сильным господином и слуга возвысится!

Да уж. Тут только валить или на короткий поводок ментальной присяги. Но наворотили-то, наворотили! Слуги, господа – девятнадцатый век какой-то!

– Хорошо. – оборвал ее я. – Значит, так и решим. Ну, давай тогда, приноси присягу. В Реестровый Приказ потом уже сходим, чтобы тебя зарегистрировать, как положено. А пока главным займемся.

Вся процедура не заняла много времени, да и сил от меня почти не потребовала. Основная нагрузка легла на Ларису, которая добровольно погрузилась в полурастительное состояние, позволяя мне хозяйничать у нее в мозгах. В процессе я много узнал о той, кто поклялась мне служить. Действительно, не высшая лига. Гибрид четвертой ступени с псионической доминантой – то есть, ничего большего, кроме как отводить глаза людям и камерам, она не умела.

Где-то минут через двадцать мы оба вывалились в реальный мир. Я свободный, она по прежнему привязанная к стулу разорванными наволочками. Которые я тут же снял.

– Сиди пока здесь. – произнес я, желая проверить, как работает ментальный поводок. – Со стула не вставай, из комнаты не выходи, пока я за тобой не приду. Это приказ. Ясно?

– А если я в туалет захочу? – тут же возмутилась наемница, но подниматься на ноги передумала.

Блин, может все-таки не стоило ее брать? Слишком много вокруг меня женщин, вот прямо через чур уже. И, главное, ни с кем не сплю!

– Сейчас хочешь? Нет? Вот и не полощи мне тогда мозги. Сиди на месте, жди меня. Если кто-то зайдет – ну, вдруг – продолжаешь сидеть и молчать. Я быстренько сейчас с одним делом разберусь и сразу за тобой.

«Ты просто магнит для всякого бардака, Лях!» – подколола меня Кукла, когда я уже скакал вверх по лестнице, торопясь на встречу с матерью Дениса.

«Ты-то хоть молчи! – внутренне признавая правоту напарницы, огрызнулся я. – А точно сработает?»

«Ты же у нее в мозгах был, ты и скажи».

«Должно. Напомни мне потом, что по Мельникову что-то решать нужно».

«А я у тебя уже секретаршей на полставки?»

«Пожалуйста!»

Анна Алексеевна сидела в кабинете. Который, как бы и мой тоже, но нафиг бы мне одному такой огромный зал для танцев нужен? Не, если там встречу пафосную провести, сыпануть мишурой в глаза всяким випам – это да, для такого он идеально подходил. Так что, делили мы его на двоих, хотя по правде – больше времени в нем проводила мама.

Она встретила меня усталым взглядом, в котором, если приглядеться, можно было разглядеть тающие столбики цифр.

– Денис. – мягко улыбнулась она. – Хорошо, что ты пришел.

– Семен сказал, что ты хотела меня видеть.

– Да. – она на пару секунд замолчала, потом выдохнула и сообщила. – Я не знаю, что дальше делать, сын. Воронцовы выбивают одного нашего поставщика за другим. Сегодня утром с нами отказались работать сразу два фермерских хозяйства.

– Тоже проверки? – уточнил я.

– Нет. На этот раз, поставщики на опережение среагировали. Сам понимаешь, слухи среди тех, кто работает с отелем, ходят не самые оптимистичные. И никто не хочет видеть на пороге своего предприятия пожарных, санэпидстанцию или налоговую инспекцию. Люди предпочитают разорвать отношения с нами до того, как это случится. У меня ощущение, что данная проблема становится уже лавинообразной. Только-только переговорила с молочником, обо всем договорились, а теперь его бухгалтерия начинает нос воротить от договора. Мол, вы вот это исправьте, и тут измените.

– Хочет соскочить…

– Да, но так, чтобы вина осталась на нас – не согласовали договор.

– Уроды!

– Не выражайся, пожалуйста. Хотя бы – при матери. Денис, мне кажется, что мы не справимся. Я думаю, что надо обращаться за помощью.

– К кому?

– Да хотя бы к графу Духанову. Это же вакханалия какая-то! Только он сможет остановить это.

– А после этого – зачем мы тогда ему?

Вопрос я задал без давления, просто и буднично. Но мать вздрогнула. Как и я, она прекрасно понимала, что просто так подарки, подобные нашему отелю, не делают. И пусть она не знала всей подоплеки сделки, на уровне интуиции чувствовала, что здесь нечто большее, чем желание «умирающего» аристократа отдать долг.

– Незачем. – почти шепотом признала она. – Но что нам тогда делать? Еще несколько дней, и у нас начнут заканчиваться продукты на кухне. В кофейне уже нет пирожных – кондитерка в Москве под Воронцовыми. Гости начнут жаловаться и…

Мне аж завыть захотелось. Давление князя постепенно переходило от мелких каверз к полномасштабной осаде. И это еще он тяжелую артиллерию, в виде тех же проверок, не подключал. Плюс придуманный Алиной гемор с Играми, покушение Мельникова… Такое чувство, что у меня голова сейчас взорвется.

Так. Выдыхаем.

– Мам, ну для начала – не думаю, что нас будут давить до конца. Разборки двух аристократических родов запустил КОП, Ледящев же сам не позволит, чтобы все закончилось руинами. Ну, и потом. Мне кажется я придумал, как справится со всеми нашими проблемами.

Эту часть, кстати, мы уже обсудили. Основная версия – я получают отель, чтобы КОП смог провернуть свою игру.