«Еретики» — читать онлайн бесплатно

Еретики

От автора:

По моему мнению, в этом мире существует три религиозных парадокса. Их невозможно изменить или опровергнуть. Они составляют ненавистную всеми истину, от которой все так хотят сбежать. И за эту истину вы тоже вправе меня возненавидеть, но ваша ненависть лишь укрепит столпы, на которых стоят эти парадоксы.

К слову, у христианского бога есть несколько имён, которые мало кто из верующих знает. Эти имена означают, в примерном переводе, «я тот, кто я есть, и никто более» – Яхве, Иегова, Саваоф и другие. И все христиане ждут, когда же сын их почитаемого Яхве снова снизойдёт в этот мир по примеру своего предшественника Иисуса. Однако, если он всё же явится и будет нести свои проповеди о справедливости, то кого же первым люди объявят человеком, оскорбляющим веру? Ответ крайне странный, но, если задуматься, он является единственно возможным. Хотите узнать? Всё просто, ведь ответ скрыт в вопросе – первым человеком, которого тогда осудят за оскорбление чувств верующих, будет сам сын Яхве.

Суть атеизма состоит не просто в отрицании существования каких-либо высших сущностей этой вселенной, но и самого понятия «чудо», понятия веры в «чудо» и превосходящее человека естество, не поддающиеся логическим анализам на основе законов привычной для понимания реальности. Атеисты хоть и отрицают понятие веры, но всё равно в кое-что верят. Они верят в то, что человек – это либо вершина эволюционного пути жизни на Земле, либо её самая большая ошибка. Атеисты говорят, что не верят ни в Яхве, ни в Будду, ни в Шиву, ни в Мардука, ни в асов, ни в камуи, но при этом они истинно желают, чтобы ОНИ существовали, а те люди, которые называют себя истинно верующими во Всевышнего – не хотят его существования и искренне боятся.

Издревле существовало два типа людей – одни боялись богов, другие нет. Первые путали страх с верой, что позволяло вторым прятать за этой самой верой свои уродливые истинные лица, словно за масками на венецианском карнавале. Те, кто не боялись богов, считали, что они сами им подобны. Боги создают и уничтожают, сама по себе концепция божественности предполагает наличие высшего существа, которое является полной конвергенцией созидания и разрушения. Это означает, что человек на фоне божества лишь червь, которого божество может раздавить в минутном порыве своих неведомых желаний. Но при этом, любой человек способен убить бога, стереть его безвозвратно с лица вселенной, точно так же, как человека может стереть бог. Человеку достаточно всего лишь забыть, всё лишь перестать помнить, чтобы нанести божеству самую смертельную рану в его собранное из звёзд и космических туманностей сердце. И если всё так, то кто же тогда сильнее – человек или бог?

Главапервая: «Ищейка Королевской Канцелярии»

Здесь, в королевстве Райфен, августовские ночи славятся своей безмятежностью и спокойствием, которое прославило королевскую столицу под прозвищем Город Мира. И действительно, Бэлк был самым благополучным для жизни среди всех городов королевства. Город был известен своей жандармерией, патрули которой курсировали на узких улочках каждый день без перерывов и выходных. Двести лет назад тогдашний король Брандон Де-Блэк начал реформу королевской гвардии, которая последовала за реформацией армии, связанной с введением огнестрельного оружия в промышленный обиход. Согласно этой реформе, гвардия становилась государственным органом исполнительной власти, в обязанности которого вошло также обеспечение общественного порядка. Этот новый орган получил название Королевская Канцелярия. Правда это название изначально было шуточным и его дали сами служащие, которые только недавно шли в бой на передовой в пустынях у границы Дайранской Империи и на море у берегов островов Накхта, но теперь они сражались среди бумаг и распоряжений в своих офисах. Постепенно это шуточное название укоренилось как официальное.

Королевская Канцелярия отчитывалась на прямую монарху и не смела ему лгать. Любые попытки и мысли о коррупции в государственных учреждениях пресекались на корню. Правители из рода Де-Блэков считали своим долгом обеспечение безопасности своего народа. Однако, за этим изначально скрывалось далеко не искренне благородство, а желание похоронить под грузом справедливости моменты прошлых кровопролитий, сделав их лишь замазанными строками на ветхих страницах исторической хроники королевства Райфен. Ведь когда-то город Бэлк был прозван Чернеющим От Крови Адом. В этом был виноват основатель нынешней династии Руфус Де-Блэк I Властелин Черноты, который, хоть и правил руководствуясь законом и совестью, взошёл на трон по лестнице из человеческих трупов через реки крови, в которых были утоплены поля сражений. Надев корону на свою голову, Руфус I поклялся больше не проливать невинной крови. С этим обетом его род продолжил править более семи сотен лет. Это обещание, данное человеком, стоящим по пояс в крови, способствовало тому, что безмятежность и спокойствие августовских ночей всё также наполняет сердца граждан Райфена, давая им надежду на завтрашний день.

Но в этот раз всё было не так. В эти ночи царствовал траур, ведь король Джулиан Де-Блэк ушёл из жизни в свои сорок два года. Это всполошило всю Королевскую канцелярию, потому что он умер далеко не из-за болезни или несчастного случая – его погубили террористы. В последние десять лет политика с Дайранской Империей резко обострилась после того, как были закрыты морские границы между Западным и Драконьим континентами. После этого по всему Райфену вспыхнули серии террористических актов с поджогами и взрывами. После расследования Королевской Канцелярией выяснилось, что все они были организованны шпионами Империи. Правда их мотивы до сих пор остаются неясными, ведь они предпочитали унести свои секреты в могилу, нежели идти на сделку со следствием.

Как раз во время одного из таких актов на главной площади Бэлка возле Собора Вездесущего, когда Джулиан Де-Блэк хотел выступить с речью о том, чтобы призвать народ к разумности и решению конфликтов с Империей мирным способом, демонстранты подорвали Собор. Пытаясь спасти от взрыва собравшихся на площади, король погиб. После этого события, Собор Вездесущего стал Собором Вездесущего имени Жертвенного Джулиана. Хоть сам он и не был отреставрирован и подлежал капитальному ремонту, в нём всё равно проходили богослужения в память о погибшем монархе. Чёрные флаги вернули королевский Дворец Тысячи Башен в эпоху Руфуса I, когда он ещё назывался Лесом Тысячи Скорбных Копей.

Не успели люди оправится от панихиды, как прогремела новая трагедия. Сегодня ночью произошёл ещё один взрыв, на этот раз он не отобрал ничьих жизней, но это событие вызвало не меньший резонанс среди служащих Королевской Канцелярии. В час ночи обломки королевского склепа до сих пор горели после взрыва. Когда глава Канцелярии главный прокурор страны Габриэль Де-Фарон прибыл на место происшествия, последствия ещё не успели устранить.

Габриэль к своим тридцати годам уже успел завоевать себе репутацию настоящего бога в области расследований. Он занимался всеми делами терактов и нашёл связь между ними и поджогами церквей по всей стране. Среди своих подчинённых он был известен как Ищейка, ведь мог найти любого, кто угрожал безопасности Райфена и его жителей. Де-Фарон не любил носить официальный мундир, и поэтому сегодня на нём тоже был излюбленный серый сюртук, рукава, а точнее только оставшийся правый рукав, и плечи которого были расшиты синими лозам шиповника. Одежда с разноцветной цветочной вышивкой была введена в обиход ещё при Руфусе I и постепенно укоренилась как национальная и привычная. Длинные чёрные чуть отливающие синим волосы Габриэля отлично сочетались с его ухоженной и ровной короткой бородой, дополняя его серьёзные серые глаза. На открытой левой руке была чёрная отметена в виде бульдога. В официальных кругах было принято, чтобы знаки осколков были видны, если это возможно.

Стоило горящему склепу отразится в глазах Габриэля, как бульдог начал шевелится, будто бы принюхивался. Зрачки Габриэля стали красными, как у разъярённого пса. Перед его глазами пронеслись сцены того, как гробовщик впустил на кладбище своих подручных и вместе с ними установил взрывчатку, после последовала сцена взрыва, а завершил видение чёрный сундук, который несли преступники. Когда его глаза вернулись в норму, он обратил своё внимание на человека, стоящего неподалёку от склепа и наблюдающего за тушением возгорания. «А он здесь откуда? Я не ожидал, что он прибудет раньше меня? Похоже, что он стал ответственным в свете последних событий. Это неожиданно. А ведь он ещё не поглотил фамильный осколок и не испытал его побочную «благородность».». Де-Фарон подошёл к принцу Руфусу VI и поклонился:

- Ваше величество, полагаю, вы уже знаете, что ваш фамильный осколок Мрачная Корона был украден. По моим подозрениям, именно это и было основной целью изначального теракта.

- Ясно. – принц спокойно развернулся и направился к выходу с кладбища, где его уже ждала карета, - Господин прокурор, раз уж вы знаете, что тут произошло, то почему вы ещё не отправились за виновными в погоню? Справьтесь с этим быстро и без свидетелей. Моя коронация наступит завтра, Мрачная Корона должна быть у меня до рассвета. Не подведите.

Когда он окончательно скрылся из виду, Габриэль сжал кулаки. «Да что он о себе возомнил? Этот мальчишка ещё даже не король… Вот что бывает, когда дети рождаются с золотой ложкой во рту.». Он сделал глубокий вдох и запрокинул голову назад, бросая взгляд на звёздное небо и обломки зеленоватой второй луны, укрывающимися за первой белой:

- Пора приниматься за работу.

Жестом руки прокурор приказал своим сослуживцам, которых заставили тушить огонь, прекратить и отойти подальше. Медленно, давая своему сознанию слиться с каждой частичкой плазмы пламени, Габриэль Де-Фарон вошёл в руины королевского фамильного склепа. Огонь окружил его, но как будто инстинктивно не хотел приближаться. Выставив левую руку вперёд, Габриэль почувствовал, как клеймо бульдога, его осколок, начал шевелится, будто бы под кожей горели сотни костров.

- Покажи мне, куда бежала добыча. – его глаза снова стали звериными, а огонь вокруг него приобрёл серо-голубой оттенок.

Он почувствовал, как у него из-под ног уходит земля, как его утягивает в небо. Люди, птицы, насекомые и даже звёзды, всё застыло и обрело в звериных глазах зловещую полупрозрачность, словно всё вокруг было лишь карандашным наброском. Точка зрения Габриэля воспарила над городом. Он видел чёткие границы Бэлка в этом мире набросков, где каждый человек представлял из себя всполох синеватого пламени. Глава Королевской Канцелярии брёл по воздуху, одним шагом пересекая сотни метров городских улиц. Для него этот город был подобен кукольному макету, созданному по его проекту.

Когда он только взошёл на эту должность, ему было позволено подчинить один из осколков, что были в Крепости Шести Сторон. Габриэль не прогадал, когда выбрал осколок под именем Ищейка. Основное его свойство позволяло видеть сокрытое в окружающих вещах и событиях. Для должности главы Королевской Канцелярии было трудно найти более подходящий осколок. Помимо раскрытия секретов, у него было ещё несколько способностей, из-за которых Де-Фарон выбрал его. Во-первых, он усиливал физические способности человека и позволял призвать несколько сотканных из сине-серого дыма гончих, сила которых была на уровне среднего медведя, во-вторых – позволял сделать определённую область своей территорией, создать «Охотничьи угодья гончей». В пределах угодий не было той добычи, которую он не мог бы выследить. Именно поэтому этот осколок был прозван Ищейкой.

Взгляд Габриэля метался между сотнями огней в полупрозрачном нарисованном макете Бэлка. Он чуял мельчайшие частицы запахов на улицах, слышал шёпот в подворотнях. Но его не интересовало всё это, так как действие этой способности было ограничено по времени, то нужно было действовать быстро. Внимание прокурора привлекли тёмные очертания, которые обычно свидетельствовали о неких серьёзных и опасных секретах, в которые был окутан склад около старого сталелитейного завода. Вопреки свойствам «Охотничьих угодий гончей», ему не удавалось заглянуть внутрь склада. Это говорило о том, что внутри скрыто что-то, перед чем его Ищейка не может стоять не содрогнувшись.

- Ха. Далеко же вы убежали. Но пора с этим заканчивать. «Погоня»! – сине-серое пламя поглотило Габриэля, когда он активировал третью способность своего осколка.

Старые деревянные ворота заброшенного сталелитейного завода разлетелись в щепки, сгорая в серо-синем пламени. Клеймо бульдога на левой руке Габриэля Де-Фарона зашевелилось, и из него вылетели шесть комков дыма. Они неистово метались по всему складу. Постепенно комки начали обретать понятные для человека, но всё равно таящиеся за пределами его воображения из-за своей искорёженной и уродливости формы собак, чьи челюсти с тремя рядами кривых зубов сочились слюной в предвкушении предстоящего пира. Глава Королевской Канцелярии окинул взглядом присутствующих на складе людей в рабочей форме, среди которых был и гробовщик с кладбища. Они все направили на него револьверы и ружья. «Хм. А они хорошо вооружены… Но кроме Мрачной Короны, я не чувствую здесь больше ни одного осколка. Значит, это не шпионы Империи, а нанятые ими наёмники! Умно.»:

- Я скажу сразу – сдайтесь и опустите оружие. Я гарантирую вам, что вы будете жить. В противном случае… – Габриэль подал знак гончим приблизиться, - Я буду вынужден их покормить.

Наёмники в рабочей одежде молча переглядывались, не решаясь сделать хоть что-то. Они никогда до этого не видели вживую проявления силы осколков. Поэтому образ дымчатых гончих сковал их страхом. Гробовщик во главе банды опустил ружьё на землю и поднял руки. Это был знак для остальных сдаваться. Стоило им всем поднять руки вверх, как разъярённые псы сорвались с места и вгрызлись в их тела, перекусывая их пополам или вовсе глотая целиком.

- Ха-ха-ха. – спокойный и немного азартный смех Габриэля Де-Фарона эхом разнёсся по заброшенному складу.

Он спокойно, размеренными и медленными шагами, направился к сундуку в центре склада. Члены банды наёмников умирали даже не понимая, что их убило. Жизнь покидала их тела вместе с кровью, мочой и калом так быстро, что они не успевали даже увидеть моменты прошлого, пробегающие у них перед глазами в моменты величайшего страха смерти.

- Я ведь обещал, что вы будете жить? Но я же не сказал сколько! Я не соврал. Я ведь вынужден покормить своих гончих?

Когда последнее сердце безвозвратно замерло, Габриэль остановился и глубоко вдохнул окружающие ароматы кровавой ржавчины и аммиака. «Этот запах… Запах страха… Он мне никогда не надоест. Вот за что я люблю свою работу. Это ощущение лёгкой победы к которому шёл с трудом – людям с золотой ложкой во рту никогда не понять истинную суть «победы». Пусть гончие доедят трупы, а то придётся потом убирать. Пора уже с этим закончить на сегодня, я ведь хочу ещё выспаться.». Внезапно его смутило то, что сундук абсолютно цел и даже не шевелится, хотя по ощущениям, Мрачная Корона всё ещё была внутри.

- О Вездесущий, что это?

Используя глаза гончих из сине-серого дыма, он заметил, что под сундуком есть люк, ведущий в небольшое подвальное помещение. С помощью «Охотничьих угодий гончей», когда окружающий мир снова превратился в полупрозрачный нарисованный макет, Габриэль смог разглядеть отчётливый синий огонёк под землёй. Из-за близкого расстояния, он отчётливо мог понять, что это была девочка лет десяти в потрёпанном грязном дешёвом крестьянском платье и мешком на голове. Она была без сознания.

- Как это возможно?

Глава Королевской Канцелярии достал из кармана своего сюртука белое немного обожжённое перо, на конце которого были видны следы крови. После того, как его сознаниеи душа неторопливо наполнили перо, он сказал, обращаясь в пустоту:

- Ваше величество, Мрачная Корона у меня, всё зачищено. Но есть одно происшествие, которое требует вашего немедленного вмешательства. Максимальный уровень секретности.

После этого перо само собой поднялось в воздух и начало сворачиваться и изгибаться само в себя, постепенно расширяясь до щуплого и полупрозрачного белого голубя, который больше напоминал птичий скелет, обёрнутый слоями пергамента, буквы на котором были идентичны фразам прокурора. Голубь взмыл в вверх и улетел в сторону королевского Дворца Тысячи Башен.

- Господин прокурор, вы точно уверены в этом заявлении? – принц Руфус VI сидел скрестив ноги за большим дубовым столом, заваленным бумагами, - Мне очень трудно в это поверить.

- Да, я полностью уверен. Нам правда ещё не удалось выяснить её настоящую личность и откуда она, а тем более, как о ней могли узнать шпионы Империи, но одно можно сказать смело – она ваша сестра. По крайне мере по отцу. Иначе бы Мрачная Корона, из-за отсутствия рядом своих прямых кровных потомков, уже бы частично вышла из-под контроля и вырвалась на свободу.

- Хм. Мне всё равно не хочется признавать, что мой отец завёл роман с простолюдинкой… Хотя, я бы понял, если бы это была элитная проститутка или на худой конец бедная дворянка… Ну и что прикажете с ней делать?

- Ну… Если враги смогли каким-то образом её найти, а тем более узнать, что в ней течёт королевская кровь, то соответственно они могут попытаться её выкрасть, чтобы иметь поверхностный, но всё же контроль, над Мрачной Короной…

- Вы имеете ввиду, что она ценный ресурс? Вы это хотели мне сказать?

Габриэль кивнул. Принц встал из-за стола и подошёл к нему:

- В этом вы конечно правы, но хоть она и ресурс, она, теперь как выяснилось, является моей сестрой и частью рода Де-Блэк. Если бы не осколок, то её можно было бы объявить троюродной родственницей, что недавно нашлась, и упрятать в одну из резиденций, а после использовать как инструмент династического брака. Однако, это не представляется возможным.

- Ваше величество, как вам идея обозначить её как вашу приёмную дочь? В таком случае мы сможем гарантировать её безопасность и сохранить репутацию королевской семьи.

- А это не плохая идея! Ха-ха. Всё-таки и у простых людей бывают хорошие мысли. Кажется, теперь я всё больше понимаю, почему отец назначил на эту должность человека без титула. Тогда, раз уж мы всё решили, прикажите выделить ей отдельную комнату и штат молоденьких служанок, а также обеспечьте ей круглосуточную охрану.

Когда Руфус Де-Блэк VI уже собирался выходить из кабинета, Габриэль спросил у него:

- Ваше величество, вы даже не собираетесь встретится с сестрой?

- Пока нет. – отмахнулся тот, - Как минимум до того момента, пока не произойдёт коронация, и осколок семьи Де-Блэк ни будет подчинятся только мне.

С этими словами принц вышел из кабинета главы Королевской Канцелярии. Габриэль минуту просто смотрел в стену и глубоко вздыхая. «Молоденьких служанок ему подавай… Ха-ха-ха! Он сестре удобства обеспечивает, или наполнение своей постели? И ещё это его фирменное «человек без титула»! Всё-таки его отцу стоило больше обычного брать пример с Руфуса I, тогда бы нормальным вырос сын.». Он плавно опустился в своё кресло и запрокинул голову, глядя в потолок:

- О Вездесущий, похоже пора приниматься за эту «работу».

Глававторая: «Ритуалы к Астралу»

Со звоном колокольчика дверь ломбарда «Золотой Медведь» медленно отворилась. С трудом удерживая массивный деревянный ящик, бородатый мужчина средних лет вошёл внутрь. После того, как он поставил ящик на пол, с верхнего этажа ломбарда спустилась юная девушка. Ей только недавно исполнилась девятнадцать. Голубые глаза и длинные чёрные волосу отлично дополняли прекрасное светлое лицо, а лучезарная улыбка маленьких светлых губ могла наполнить сердце любого человека теплом. Она носила белую блузку и коричневые женские брюки. Многие говорили, что её формы лучше бы подчёркивало кружевное платье, но она всегда пропускала замечания многочисленных соседских ухажёров мимо ушей. Отдышавшись и вытерев пот со лба, хозяин ломбарда Освальд обратился к ней с отцовской улыбкой:

- О, Карина, ты уже вернулась?

- Да, дядя, сегодня на рынке было мало людей. – она подошла к Освальду и поцеловала его в щёку.

- Ладно… Поможешь разобрать? Лучше тебя всё равно никто не разбирается в ценностях. – он открыл крышку деревянного ящика.

Внутри было множество старых книг, шкатулок, инкрустированных жемчугом и янтарём, свёртки старых газет, в которых были ожерелья и браслеты с сапфирами и хрусталём. Также там были не полный чайный сервис и набор серебряных ложек. От увиденного Карина стала похожа на ребёнка, который заметил на витрине магазина желанную игрушку. Она сразу взяла в руки одну из шкатулок и стала внимательно её рассматривать.

- Дядя, где ты это нашёл? Ты же сам говоришь мне всегда, что брать чужое не хорошо.

- Ха-ха. Нет, я не украл это. Помнишь, как на днях скончался граф Сево?

- Конечно помню! Весь район радовался этому. Найти более вредного и мерзкого старика вряд ли возможно. И получается, ты что, ограбил его особняк? Почему тогда не взял меня? Я бы могла найти его тайник.

- Нет. У него не было родственников и не кому было унаследовать его имущество, вот и решили устроить аукцион и продать всё имущество, чтобы погасить его долги. Вот я и купил по дешёвки этот «сундук сокровищ». У меня глаз намётан, я знаю, где могут быть спрятаны богатства. Так что, это подлинники?

- Да! Всё это стоит бешеных денег. Интересно, почему старик Сево просто кинул их в этот ящик? Это же не имеет никакого смысла! Я конечно слышала, что под конец жизни он сошёл сума и был параноиком, но не до такой же степени.

- Нас это не касается. Наша задача – это как можно быстрее продать всё это добро. Хоть он и был мерзавцев, это не значит, что он не сможет сделать что-то хорошее, даже если он уже мёртв. Давай по быстрее расставим это всё по витринам, а то скоро уже клиенты по набегут.

Однако, вместо клиентов в двери «Золотого Медведя» вошли трое жандармов и один очкарик с кривым носом в форме Королевской Канцелярии.

- Прошу соблюдать спокойствие. Мы здесь, чтобы задать вам пару вопросов, гражданин Шнайдер.

- Господа, по какому вопросу собственно обыск? Я добропорядочный предприниматель и не поддерживаю никакую криминальную деятельность…

- Господин Шнайдер, позвольте я объясню чуть яснее. – прервал его служивый в очках, - У нас есть официальный приказ на конфискацию всего движимого и недвижимого имущества покойного графа Сево. Прошу, не перечьте следствию.

- Хм. В таком случае, я обязан отдать вам эти вещи. Но с одним условием – вы их у меня купите по полной цене.

- Чего? – очкарик явно был не готов к такого рода предложениям, - Погодите, на каком основании?

- На основании договора купли продажи, который я заключил с организаторами аукциона. – сказал Освальд с ехидной улыбкой, - И этот договор полностью законен. Вследствие чего, получается, что это теперь полностью мои вещи. Но я не против их вам продать. Всё по закону.

- Гражданин Шнайдер, вы же понимаете, что сейчас препятствуете следствию? Это незаконно. Я имею полное право вас задержать.

- Верно. Но по-вашему же излюбленному закону, если вы у меня просто так заберёте товар, то это моно расценивать как кражу по предварительному сговору с участием должностных лиц и государственных служащих, а там можно будет и коррупцию приплести. У меня юридическое образование, поверьте, я могу очень эффективно пользоваться законом. Ну как? Либо вы уходите без вещей, либо без денег. Что решили?

После того, как жандармы унесли ящик, Карина детально рассматривала выписанные чеки и банкноты под увеличительным стеклом.

- Не фальшивка. Ха-ха. Не могу поверить, что ты продал им всё это по двойной цене! Ты же мне всегда говорил, что деньги – это не главное. Решил резко изменить свои взгляды?

- Деньги, действительно, не самое главное, но это не значит, что от них нужно отказываться. При том, это же жандармы – их обворовывать не грех.

Лёжа в своей кровати, Карина подкидывала к потолку и ловила маленькую костяную шкатулку, которую она успела умыкнуть из того таинственного ящика. «Почему я не могу её никак открыть? Во всём, что спрятал старик Сево была хотя бы капля драгоценного металла или один камушек… Но это просто кусок кости, притом и очень кривой! И почему она не открывается? Это какой-то механизм.». Когда она в очередной раз поймала шкатулку, её ладонь покрылась инеем, и в неё как будто вонзились сотни игл. Карина чисто рефлекторно отбросила её в угол комнаты.

- Ай! Почему она вдруг стала такой холодной?

Костяной ящичек рассыпался на осколки, когда лёд, скрепляющий его, окончательно растаял. Внутри был белоснежный медвежий зуб, на поверхности которого был рисунок медведя, который поглощал весь свет и, казалось, мог шевелится. При виде содержимого шкатулки, глаза Карины заблестели. «Это… Этого не может быть!». Закутав руку в полотенце, она подняла зуб с пола на стол и стала его пристально разглядывать со всех сторон. С какого бы ракурса она не смотрела на него, нарисованный медведь смотрел на неё. «Это точно оно! Значит, именно это искали жандармы. Он стоит дороже, чем всё состояние Сево вместе взятое. Если я его продам, то обеспечу себе безбедную жизнь, но… А что если… Если книги не врали про него, то и дальнейшее тоже возможно!». Она колебалась, периодически обращая свой взгляд на стопку старых книг, которые достались Карине от её ненавистной матери. «Как ты говорила, что риск всегда оправдывается?»

- Так… Вроде, всё как надо… – Карина ещё раз посмотрела в потрёпанную книгу с пожелтевшими страницами, текст на которых давно уже был переведён, - «… начертать шестиугольную звезду внутри круга, а в звезде нарисовать треугольник… Чтобы открыть проход на План Астрала… положить запечатанный осколок внутрь треугольника, а на концах звезды должны располагаться объекты, которые связанны с осколком или символизируют его, хотя бы частично…». Хм. Вроде всё на месте. – она поочерёдно проверила осколки костяной шкатулки, кусочек льда, белый мех, взятый из старой шубы, сапфир, горный хрусталь из люстры и на скорую руку нарисованную карикатуру на медведя, разложенные в углах шестиконечной звезды, нарисованной мелом на полу комнаты, - Последний штрих – капля человеческой крови.

Карина секунду колебалась, прежде чем уколоть указательный палец левой руки булавкой. Капля алой крови упала на линии рисунка. В комнате внезапно стало прохладней, а на окнах появились морозные узоры. Кровь впиталась в узоры на полу. Предметы в углах звезды расплавились и слились с ней. Пространство внутри круга провалилось само в себя, поглощая все окружающие цвета и материальные объекты. Вся комната превратилась в один бесцветный и неосязаемый для глаз обычных людей водоворот, эпицентром которого был медвежий зуб, расколовшийся на миллиарды пылинок. Рисунок медведя начала прыгать по бесформенному вихрю, постоянно расширяясь и обретая поочерёдно то осязаемую, то неосязаемую форму. Водоворот начал засасывать в себя Карину, но этот процесс резко прервался, когда искорёженный медведь бросил на неё свой хищный и презрительный взгляд.

В мгновение ока перед Кариной предстала ледяная безжизненная пустыня. Горизонт заволокло штормовыми тучами, а в открытых участках неба сверкали мириады звёзд и галактик, чей цвет был не известен человеку. По всей округе стояли ледяные скульптуры людей, на лицах которых отпечатались гримасы боли и глубочайших страданий. Среди них также была статуя страдающего графа Сево. Из-под сугробов снега поднялся белый медведь. Он возвышался над всей пустошью, будто бы пытался закрыть собой небо. Всю его спину покрывали сосульки, а передняя часть тела была полностью усеяна холодными глазами. Взглянув на нового хозяина, медведь издал грозный рык, из-за которого все ледяные скульптуры разбились.

Карина открыла глаза и поняла, что лежит на полу в своей комнате. Символы и предметы исчезли. В углах таял снег, а на окнах развеивались узоры мороза. Хоть в её голове всё ещё раздавался медвежий рёв, она смогла подняться с пола и подойти к зеркалу в полный рост. Карина заметила, что у неё на шее появилась чёрная отметина в виде свернувшегося вокруг снежинки медведя. Сознание девушки было переполнено радостными эмоциями, но вдруг она обратила внимание на свои растрёпанные волосы. Они полностью потеряли свой привычный угольный блеск и стали белоснежными, как шерсть медведей на севере.

- Блин! Теперь придётся весь гардероб менять!

- Ваше величество, мы всё подготовили. – сказал Габриэль Де-Фарон принцу Руфусу VI.

- Отлично. Чем скорее начнём, тем лучше.

Церемонию коронации по традиции семьи Де-Блэк проводили в подземелье под фамильным склепом. Большое скопление останков королевской семьи служило лучшим методом запечатывания Мрачно Короны, чем любая клетка из негайстоуна. Главный зал состоял из сотен ниш, в которых лежали каменные гробы с прошлыми правителями династии. В самом центре стоял массивный каменный саркофаг из чёрного необтёсанного гранита. Крышка была сплавлена с основанием, что не позволяло открыть гроб, в котором лежал Руфус Де-Блэк I Властелин Черноты. В зале уже была начертана шестиконечная звезда, на углах которой были могильная земля, ржавый наконечник копья, чёрный рубин, человеческая кость, пучок волчьего меха и миска чёрного гноя от тяжело больного домашнего скота. Помимо главы Королевской Канцелярии, в зале присутствовали его заместитель полысевший Тайлер Де-Рут, которого все называли Секира Палача, и Папа церкви Вездесущего его святейшество Бенджамин Де-Миург, чья золотистая борода доходила ему до пояса. Принц Руфус достал из сундука в основании гранитного саркофага кривую корону из сплавленных чёрных рубинов и лосиных рогов. Казалось, что она слегка дрожит в его руках, словно приветствуя своего потомка радостной улыбкой. Руфус I в гробу тоже начал шевелится, чувствуя, как осколок его души вот-вот обретёт нового долгожданного хозяина и короля Райфена. Принц резко обернулся к собравшемся:

- Всем выйти. И заприте двери снаружи.

Окружающие не могли этого понять, но Руфус радовался этому моменту. Хоть отец и любил его, принц искренне хотел обладать Мрачной Короной и её силой. «Отец, я всегда уважал твоё благородство, но именно оно тебя и погубило. Правитель должен быть эгоистичней, он – воплощение идеала, который не оправдывается не перед кем. В память о тебе, я стану новым воплощением силы «Власти» и буду править, как подобает истинному правителю. Покойся с миром, отец. Аминь». Руфус установил корону в центр звезды и капнул на неё своей кровью без тени всяческих сомнений.

Свет факелов в мгновение ока погас, но огонь всё ещё пылал, но теперь уже он был чёрным и полным гнева. Окружающая тьма стала непроглядной, а после расплавления предметов на концах звезды, окружающее пространство начало превращаться в бушующий вихрь звёздного света. Однако, всасывающая сила внезапно остановилась, будто бы порталу в План Астрала отдали приказ прекратить свои манипуляции с пространством. Принц обнаружил себя посреди болота, вода которого была кровью. Настолько концентрированной кровью, что она приобрела чёрный блеск. По всему болоту росли кривые деревья из лосиных рогов, на ветках которых висели гниющие трупы солдат. Перед Руфусом Де-Блэком возникла гора человеческих останков, на которой стоял чёрный трон из запёкшейся крови. Его спинка уходила в небеса, исчезая среди звёздных скоплений и рельефов галактических туманностей. На троне сидела фигура в доспехах из чёрного рубина, конечности которой были беспросветно чёрными, поглощающими весь свет. Белый королевский плащ, сотканный из триллионов человеческих нервов, уходил далеко за горизонт. Однако, несмотря на устрашающую общую картину, голова фигуры была человеческой. Это был Руфус Де-Блэк I Властелин Черноты. Позади принца появились ряды фигур в королевских одеяниях и коронах из лосиных рогов. Властелин Черноты встал с трона и водрузил свою лишённою глубины чёрную корону на голову принца Руфуса. Внезапно перед его глазами сменился пейзаж. Теперь уже он сидел на троне, а все правители династии Де-Блэк синхронно встали на колено.

Когда Руфус открыл глаза, то сразу ощутил, что чётко может ощущать сердцебиение и движение окружающих живых организмов: от тараканов и крыс, до людей за каменной дверью. На его лбу появилась продолговатая отметина в виде покорёженной короны. Из-за этого у королевской семьи Райфена не было традиции носить короны, их фамильный осколок заменял её. У Мрачной Короны было две могущественные способности, так как она была осколком души Руфуса I, который был одним из немногих людей в этом мире, обладающих врождённой связью с Планом Астрала. Первой способностью была «Власть». Она позволяла контролировать и приказывать всем живым организмам в определённом радиусе, только если это не заставляло их убить себя, либо если они не обладали превосходящей волей. Именно благодаря ней принц чувствовал живых вокруг себя. Он ощущал себя как кукольник в театре, а всё вокруг было его марионетками, весь мир был его театром – театром всевышней власти. Руфус взмахнул рукой, и из окружающего мрака явились солдаты в броне из теней, что не имели глубины и казались как будто бы нарисованными прямо в воздухе. Это была вторая способность Мрачной Короны – «Гвардия Властелина Черноты». Новый полноправный король Райфена, используя «Власть», приказал людям снаружи открыть каменные ворота погребального зала королевского склепа. В сопровождении своей гвардии мрака он предстал перед главными чинами Королевской Канцелярии и церкви, заставив их против их воли приклонить колени. Потом он приказал Габриэлю Де-Фарону встать:

- Организуйте благотворительный аукцион в честь моей коронации и в память об ушедшем правителе. Я хочу яркого появления!

Главатретья: «Сжигающий храмы, карающий священников»

В последние несколько лет в лесу за хребтом Аркан стали пропадать люди. Сначала пропало несколько завсегдатаев местных баров и таверн, но их исчезновение никто не воспринял всерьёз, так как такое случалось постоянно в городках по типу Брима. Однако потом матери не могли досчитаться детей к ужину. Иногда находили трупы, которые были истоптаны копытами или насажены на ветви деревьев. После народных негодований пастырь местной церкви Покровителя Небес подал прошение в епархию для того, чтобы им на помощь выслали инквизиторов.

«Почему эти проклятые инквизиторы отказали нам?! Что мы такого сделали та им!». Хоть Бортимер был опытным охотником и не раз оставался в лесу на ночь, сейчас он не мог унять дрожь. Страх смерти в его первобытной форме пропитывал всё его естество от кончиков пяток до самых ушей. Он прижимал ружьё к телу и боялся выпускать из рук. Осечка была сейчас недопустима для него! «Где он… Где от чёртов старикан! Я не вызывался быть для него приманкой! Почему пастырь решил нанять именно этого охотника? Он ведь сто-пудово просто взял деньги и свалил куда глаза глядят. А мне теперь тут подыхать!». Бортимер внезапно застыл, стоя посреди поляны в самом центре старого леса. Из лесной чащи к нему вышло существо. Внешне оно напоминало оленя с шестью ногами, которые были в двое длиннее обычных. На ветвистых рогах росли плоды граната, которые обычно встречаются только в южных районах Драконьего континента. Многочисленные глаза были похожи на зёрнышки граната. Вертикальная пасть занимала всю шею. Бортимер сразу вспомнил сказки, которые рассказывают из века в век. Он отчётливо помнил описанных древних злых богов, которых Покровитель Неба запер в сердце хребтов Аркан. Сотни глаз оленя пристально смотрели на Бортимера. «Почему оно не нападает?». Вдруг пасть монстра открылась, подобно цветку лотоса. Она была полна острых зубов, которые шевелились сами по себе, словно костные щупальца. Бортимер бросился бежать. Его не волновали ни деревья на пути, ни кромешная тьма леса. Единственное, чего он хотел – это спасти свою жизнь. Чувство того, что если задержатся наедине с этим оленем хотя бы на одну минуту дольше, то это будет последний момент в жизни.

В ночной тьме эхом раздался стук копыт. Шесть оленьих ног неслись без остановки в погоню за своей добычей. Деревенский охотник слышал стук вдалеке, но дыхание из зубастой пасти оленя ощущалось у самого затылка. Бортимер мог поклясться всем, что слюна зверя капает ему на плечи, а движущиеся зубы царапают кожаную охотничью куртку. Внезапно лунный свет осветил впереди овраг, который преградил дальнейший путь. Руки Бортимера тряслись, а ружьё выпало из потных ладоней. Он впал в ступор не в силах сделать и малейшее движение. Страх неизбежной смерти пропитал каждую каплю его крови в сосудах, каждую нервную клетку в мозгу. Из последних сил он обернулся. Пасть оленя заполонила всё пространство, поглощая в себя даже сами абстрактные понятия эмоций. «Это…Это конец?!».

- Ха… Ха-ха-ха! Никогда не поддавайся иллюзиям богов, не важно каких. – мягкий, но при этом горделиво-хищный голос разнёсся по округе.

Пасть чудовища резко закрылась. Он начал брыкаться, пытаясь освободится от цепей из позвоночников, которые исходили со всех возможных сторон. Они оплели тело оленя плотным коконом, удерживая его на месте. Из лесного мрака вышел человек. На нём был потрёпанный чёрный плащ с золотыми узорами чертополоха на рукавах и воротнике. Голову венчала чёрная широкополая федора из грубой материи с белым орлиным пером. Старик, как его прозвали в городке Брим, поправил средним пальцем чёрные круглые очки на носу. Цепи-позвоночники были обёрнуты вокруг его левой руки, словно конец собачьего поводка. Убедившись, что олень не сможет высвободится из его способности «Душевные Путы», старик с весёлым выражением лица обратился к Бортимеру:

- Ты чего? Обоссался со страху? Плох из тебя охотник, если тебя пугает такая мелочь.

Деревенский охотник только сейчас понял, что его штаны насквозь мокрые. Заикаясь, он сказал:

- У-У-убей его! Д-д-давай! Тебя же д-д-для этого н-н-наняли!

- Да не кричи ты, трусишка. Если я его убью, то он просто отправится в Астрал, но если я его поймаю – то из него можно будет извлечь как минимум дополнительные деньги.

Благодаря силе своего осколка, старикан мог успешно охотиться на неконтролируемые осколки, а главное – ловить их. Ведь конкретно это не умели многие, так как требовалось удержать осколок на месте некоторое время. Под копытами оленя загорелись полосы чёрно-белого пламени, которые выжигали на земле круг с шестиконечной звездой в центре. Старик кинул в центр пламенного круга заранее вырезанную костяную фигурку оленя, на которой было нарисовано множество шестиконечных звёзд его собственной кровью. Монструозный олень перестал брыкаться и начал истошно вопить, или, скорее, выть. Этот вой был полон страданий и боли. Пространство внутри горящего ритуального круга начало сжиматься и изгибаться, выворачивая тело чудовища наизнанку. Пространственный вихрь в форме оленя со временем резко уменьшился и втянулся в окровавленную костяную статуэтку. Рисунки на ней зашевелились и приняли форму чёрного как смоль грациозного оленя, вместо рогов которого было гранатовое дерево. Старик в тёмных очках поднял с земли запечатанный осколок, который тут же исчез, будто стёртый чем-то. Однако в отражении круглых линз чёрных очков всё ещё можно было разглядеть статуэтку в морщинистой руке.

- Ну что же, трусишка, пошли обратно в Брим. Если хочешь, за помощь в роли приманки угощу выпивкой в баре.

- Да подавись ты своей выпивкой! От тебя мне её точно не надо.

В Бриме была только одна церковь, посвящённая одному из сыновей Вездесущего Покровителю Неба. По традиции храмы этого божества украшались барельефами с изображением птиц, каждое перо которых было отдельным крылом. Над алтарём висел цветок, сотканный из перьев, служащий священной эмблемой. Священники этой церковной ветви предпочитали носить синие рясы с птичьей вышивкой. Дьякон церкви открыл двери в пустой молитвенный зал, приглашая старика в чёрной шляпе с пером войти. Церковник раскрыл объятья в благословенном приветствии:

- Я очень рад, что вы вернулись живым, господин э-э-э…

- Просто «господин», моё имя вам, увы, не понравится. – ответил старик, призывая из отражения очков запечатанный в костяную статуэтку дикий осколок оленя, а потом снова убрал его, - Как видите, я всё сделал. Если хотите забрать себе осколок, то вам придётся заплатить гораздо больше.

- Извините, но у нас нет таких средств. При том, содержание осколков слишком рискованное дело для провинциальной церкви.

- Ясно. Тогда с вас вторая половина оплаты и расходимся.

Дьякон протянул старику в очках мешок монет и поклонился. Очкарик с минуту разглядывал мешок, а потом одним лёгким броском кинул свою оплату в окно, разбив церковный витраж. От такого престарелое лицо дьякона застыло, словно каменное изваяние, перед тем, как его озарила толика гнева, которую он пытался скрыть:

- Почему вы это сделали? Это же были деньги церкви…

- А на что должны идти деньги церкви? – перебил его старик в тёмных очках.

- На помощь людям.

- Вот я и отдал их людям. Так народ гораздо быстрее их получит, чем от вас – истинных воплощений греха.

- Вы же осознаёте, что в данный момент оскорбляете…

- В курсе. Я более чем осознаю последствия своих деяний, в отличие от вас. Скажите мне, пожалуйста, как вы считаете, какая модель механической кареты наиболее подходит для местных дорог?

- Не меняйте тему! К чему такие глупые вопросы? Откуда мне знать?

- Просто от вас несёт машинным маслом. А я мало знаю случаев, из-за которых священнику бы пришлось взаимодействовать с механизмами. К тому же, у вас на руках довольно дорогие золотые кольца. Не находите ли это странным?

Дьякон встал в ступор и не мог подобрать слова, чтобы парировать своего оппонента. «Как он догадался?! Кто он такой? Он ведь обычный охотник… Так! Спокойно! Нужно не поддаваться на провокации. Он на территории церкви в самом центре города – ему не куда бежать. Стоит мне лишь пустить о нём слух, как горожане тут же насадят его на вилы. У меня преимущество!».

- Дела церкви вас не касаются. На счёт ваших оскорблений, то Господь говорит, что нужно уметь прощать ошибки. Если вы просто уйдёте, то ничего не произойдёт.

- Господь говорит… Ха-ха-ха! Дедуля, ты сам это придумал? Подобными цитатами ты оскорбляешь богов сильнее, чем я. Надо будет взять это на заметку. И раз уж ты хочешь, чтобы я ушёл, то так тому и быть. Мне противно находится в этой дыре. – он еже собирался уходить, но перед дверью резко остановился и обернулся, - Напоследок скажи мне, святоша, твой господь заботится о своих верующих?

- Конечно! Это естественно для богов заботится о своих почитателях. Пока мы в них верим, они будут нас спасать.

- «Пока мы в них верим, они будут нас спасать». Хм. Скорее уж, пока вы в них верите, вы их спасаете? Вот тебе совет – когда предстанешь перед НИМ, то спроси, что ему дороже: его люди, или его храмы?

Молитвенный зал охватило чёрно-белое пламя, которое не излучало тепло. От него ни дерево не тлело, ни руки не обжигались. Всё, чего оно касалось, увядало и гнило, словно теряя всё то время, что было отведено. Храм Покровителя Неба таял на глазах, словно перистые облака в голубой вышине. Огонь заставлял гнить деревянные скамьи и осыпаться каменные барельефы. Эмблема божества почернела и рассыпалась в труху. Крыша раскололась на обломки, которые грозились похоронить под собой дьякона. Однако они сгнили и рассыпались в труху ещё во время падения. Чёрно-белое пламя не трогало священника. Вместо этого оно начало разъедать пол, из-за чего тот провалился, утаскивая церковнослужителя за собой в подвал, который был наполнен сундуками с золотом и серебром.

- Святоша, говоришь, денег не было? Ха-ха-ха!

Старик в тёмных очках и чёрном плаще с хищной улыбкой наблюдал за тем, как от храма остались только руины, а не повреждён был лишь дверной проём. Своими морщинистыми руками охотник за осколками открыл двери храма и вышел на улицу к собравшимся там людям. Он снял шляпу и поклонился, после обратился к народу:

- Сегодня церковь решила сделать хоть что-то для простых людей – она решила умереть! Бог умер, да… да и хрен с ним! – чёрно-белое пламя в мгновение ока утихло.

Люди обступили провал в подвал церкви. При виде своих денег, которые они лично жертвовали на церковных мессах, толпу охватили недовольные возгласы. Некоторые спускались в низ, чтобы забрать сундуки и ударить дьякона со сломанными от падения ногами. Тёмные очки блеснули в свете огней уличных газовых фонарей, и на площадь перед храмом из неоткуда выехала механическая карета. В последние сто лет индустрия механизированного транспорта, в котором лошадей заменял паровой двигатель, активно развивалась. А после изобретения двигателя внутреннего сгорания, появились модели, подходящие для обычных городов. Конкретно в этой механической карете за основу была взята аристократичная четырёхместная карета из чёрного дерева с позолоченными ажурными узорами на окнах и дверях. Топливный двигатель, который напоминал угловатую жестяную печку, находился позади водителя, прям как в военных образцах. Сама кабина представляла собой модернизированную скамью кучера с тканевым навесом от дождя, но вместо поводьев был руль пол десятка рычагов, а также были маленькие дверцы с бортам