«Земли ушедших богов» — читать онлайн бесплатно

Задерживаться возле храма Кэлтир не стал. Как у эльфов прошел ступор от обретения ими одной из величайших реликвий их народа, он велел собираться, и через час отряд тронулся в обратный путь. Поскольку приключение в храме много времени не заняло и раненых не имелось, то вечер застал их километрах в десяти. Выбрав место для ночлега, он остановил отряд и, раздав указания, направился к усевшемуся возле колеса фургона Сергею, который неторопливо набивал трубку, наблюдая за суетящимися эльфами.

С минуту он молча нависал над человеком, потом просто уселся рядом. Чугунов тоже молчал, достал спички и прикурил. Табак был новый, из запасов мертвеца, и куда лучше той жути, что дала ему Марфа. Дорогой, ароматный и не очень крепкий, позволяющий насладится процессом, а не получить дозу никотина.

- Зачем вы, люди, курите? - поинтересовался эльф, завязывая разговор.

- Мне просто это нравится, - отозвался Сергей. - Да, привычка вредная, но какая есть, вот так спокойно посидеть у колеса, подымить, подумать о дне уходящем. Но ты ведь пришел не за тем, чтобы узнать, зачем люди курят. Кстати, насколько я помню, и у вас в Средиземье люди и хоббиты курили. А табак, выращенный последними, считался самым дорогим и элитным.

- Нет больше этого народа, - отмахнулся эльф, не желая вдаваться в подробности, видимо, история там случилась неприятная. - И уж точно не прояснить вопрос, почему все курят, а эльфы нет, - при этом он улыбнулся, показывая, что это шутка.

Сергей тоже улыбнулся, оценил, ведь шутящий с человеком эльф, да и вообще шутящий эльф - это, как бы сказать, нечто странное и крайне необычное.

- Ты сделал очень много для меня и для моего народа, не как тот писатель, но мы обязаны тебе обретением нашей реликвии и нашими жизнями. Так что вот мое слово, человек, я не могу назвать тебя другом народа эльфов, это могут сделать только наши правители, но я могу назвать тебя своим другом. Человек по прозвищу Монах, ты можешь прийти к нашим вратам, там небольшая крепость, которая запирает проход для иноземцев в наши земли. Обратись к эльфам гарнизона, скажи, что тебе нужен твой друг Кэлтир Мэтэстэль, и меня найдут в течение дня, если я, конечно, буду в родном мире, а не шляться по другим, как сейчас, все же я разведчик Золотого леса. Мне потребуется несколько дней на дорогу, но я приду на твой зов.

Сергей слегка озадачился, думал, тот подошел расплатиться, так как остроухие торчали ему пятьдесят золотых, но предложение эльфа выбило его из колеи, и он растерялся.

- Удивил? - развеселился Кэлтир. - Я предлагаю свою дружбу от чистого сердца. Я хоть и молод, но не последний эльф в Золотом лесу.

- Я принимаю твою дружбу, Кэлтир Мэтэстэль, - протягивая руку, ответил парень в том же пафосном стиле. – Я, Сергей Чугунов, человек, называю тебя своим другом, и если тебе потребуется помощь, ищи меня. Вот только я не знаю где, это у тебя есть дом, а у меня его пока что не имеется. Но если я обрету его, я пришлю тебе весть, чтобы тебе было куда прийти.

Кэлтир пожал руку человека и, больше ничего не говоря, поднявшись, ушел к своим, оставив озадаченного парня одного. Сергей же улыбнулся и, сделав затяжку, выпустил ароматное облако в вечернее небо, на котором уже появился белый серп местного месяца.

Минут через сорок явилась Лунарет, которая принесла миску с похлебкой. Вопрос питания человека эльфы взяли на себя, молча приносили еду и так же, не говоря ни слова, уходили. Хорошо хоть в миску не плевали, но это было раньше, теперь, после его похода в подземелье, где он сыграл важнейшую роль в обретении ими меча, которым кто-то там в седой древности пырнул их местного злодея Моргота, все изменилось.

- Приятного аппетита, - не таким холодным голосом, из которого почти исчезло презрение, произнесла эльфийка.

У Сергея от удивления брови поползли вверх, да и порция была куда щедрее. Кроме того, к ней полагался странный хлеб, напоминающий по виду крекер, только крупнее. Видимо, его решили угостить тем самым знаменитым лембасом. Это удивило даже больше, чем говорящая эльфийка, но Чугунов нашел в себе силы сказать:

- Спасибо.

Лунарет кивнула и ушла, Сергей же вытащил из сумки ложку и принялся за еду. Как всегда - сытно, горячо, вкусно и остро.

Вечер прошел как обычно. Хотя нет, не так. Разложив перед собой трофеи, Чугунов принялся за их сортировку и разборку. Снарядил пару магазинов к пистолету пулями из патронташа, который был на ремне погибшего авантюриста, затем разбирал то, что ему досталось. Надо сказать, ему сильно повезло, богатый был улов, целых пять полных капсул с белой энергией, две с зеленой, фиолетовой было совсем немного, даже на четверть не заполнена. Деньги отправились в кошель на поясе, рунные мечи связаны поудобней, остальное перепаковано. Берцы он натянул еще возле храма, сапоги с трудом, но запихнул в сумку. На хрена? Сам не понял, но сделал. Кстати, ботиночки покойника оказались с сюрпризом. Прочные, кожаные, крепкие и, скорее всего, зачарованные, поскольку он в них смог прыгнуть вверх метра на два, и это без всякой подготовки. Да и ходить, как ему показалось, в них было куда быстрее. Разобравшись с трофеями, он снова набил трубку и уставился в небо. Звезды были очень яркими, и их много, красиво. Эльфы что-то пели на своем языке, надо сказать, пели хорошо, не зря Толкин превозносил их вокальные данные. Спал Чугунов в выделенном ему спальнике там же, возле колеса повозки. На рассвете, когда лагерь, кроме часовых, еще спал, Чугунов вытащил из сумки кусок мыла, который ему выдал накануне Кэлтир, и оправился прочь к небольшой лесной речушке, протекавшей метрах в двухстах от лагеря. Он него смердело и требовалось хоть немного привести себя в порядок.

До воды парень добрался без каких-либо приключений. Присев на самом краю, он потрогал прозрачную воду. Та была не сказать, что теплой, но и зубы не должно ломить. Дно каменистое, из мелкой гальки. Сергей стянул сапоги, затем штаны, ну и все остальное. Подумав, и трусы тоже стянул, прополоскать не мешало.

Мыло оказалось нереально мылким, и уже через минуту по колено в холодной воде стоял огромный, матерящий Кэлтира, который его не предупредил, сугроб. За спиной раздался заливистый смех. Чугунов резко обернулся и попытался освободить от пены глаза. Кстати, как ни странно, но эльфийское мыло совершенно не щипало, только дышать в нем было тяжеловато. Наконец, ему удалось расчистить обзор, и он смог разглядеть гостя, вернее гостью. На камнях в паре метров от воды сидела Лунарет, при этом эльфийка не просто сидела, она раздевалась. От неожиданности Сергей так опешил, что даже забыл о положении, в котором он оказался. А меж тем остроухая довольно ловко избавилась от своего дорожного костюма и, тряхнув платиновыми волосами, направилась к нему.

- Если ты кому-то расскажешь, - прошептала она ему в самое ухо, - я тебе брюхо вскрою и задушу тебя твоими же кишками. - После чего ее рука опустилась вниз и, исчезнув в пенной шапке, нащупала его член. - Впечатляет, - произнесла она с немалым удивлением. - Наши такими похвастаться не могут, всем эльфы хороши, кроме размера.

Сергей, наконец, справился с шоком. Первым желанием было послать девицу, слишком натянутым было их общение, но его хозяйство требовало женщину, и эта женщина была тут и была не против.

- Джентльмены не рассказывают о своих похождениях, - зачем-то ляпнул Сергей и, обняв эльфийку за тонкую талию, притянул к себе.

Дальше все случилось само. Надо сказать, этот секс, несмотря на то, что он был с эльфийкой, не вошел даже в двадцатку, слишком холодной и скованной оказалась Лунарет. Несмотря на возраст, за четыреста лет опыту у нее мало, у Чугунова к двадцати одному году куда больше. В лучшем случае этот секс запомнится ему только тем, что он был с первой в его жизни эльфийкой. Но вот он оторвался и отымел барышню с огоньком, остроухая стонала, закусив губу, чтобы не кричать. Как оказалось, ей нравилось пожестче, хотя, скорее всего, она раньше об этом даже не догадывалась. Уходила она от Чугунова, пошатываясь, что заставило парня гордиться собой еще больше. У крайнего дерева она остановилась, повернулась, несколько секунд смотрела на Сергея, потом тихо и с какой-то печалью в голосе произнесла:

- Монах, никому, слышишь? - и скрылась среди местной растительности.

- Слышу-слышу, - голосом зайца из «Ну, погоди!» отозвался Сергей и полез обратно в воду. Почему-то он был уверен, что весь их маленький отряд уже в курсе или скоро будет.

Через двадцать минут, маша выстиранными трусами, чтобы побыстрее высохли, он явился в лагерь, который уже проснулся и быстро сворачивался.

- Долго ты что-то, - произнес Кэлтир. - Давай, хватай свою кружку с чаем, жуй кашу, и выдвигаемся.

Сергей кивнул и, вооружившись ложкой, принялся быстро поглощать предложенное. Лунарет появилась у костра минут через пять, по ее виду нельзя было сказать, что только что у нее был самый страстный секс в ее жизни, по-прежнему отстраненная, холодная. Сергей скользнул по ней взглядом, остроухая перехватила его и едва заметно качнула головой, после чего взялась за свою чашку. Она пила не чай, а какой-то отвар, чисто эльфийский. Сергею как-то дали попробовать, но он ему не понравился, слишком странный вкус, даже описать сложно.

Через двадцать минут лагерь был свернут, и отряд отправился в путь. За эти дни Чугунов освоился с верховой ездой. Нет, конечно, до наездника ему было далеко, но он уже не падал на каждом привале, матеря столь непривычный способ передвижения, и зад перестал болеть, так что теперь эльфы могли двигаться куда быстрее. До перехода, через который они попали в этот мир, добрались к вечеру, вдвое быстрее, чем ехали туда. Переходили сразу, не дожидаясь утра. Сильрион минут десять походил вокруг белого шара размером с приличный арбуз, висящего в воздухе, и уверенно заявил, что времени осталось совсем мало, и скоро проход закроется, максимум сутки, а когда он откроется снова, только светлому Эру Илуватару известно.

- А как он это определил? - поинтересовался Сергей у Кэлтира, ожидая своей очереди на переход.

- Присмотрись. Видишь тонкие черные прожилки на белизне перехода?

Сергей несколько секунд вглядывался в шар, почти скрытый светом. Наконец, увидел требуемое.

- Вижу, - сообщил он эльфу.

- Это первый признак того, что тот скоро закроется и исчезнет. С каждым часом их будет все больше, а потом он почернеет совсем и станет безжизненным, пока не откроется снова. Так же можно определить, что переход опять заработает, на черноте появятся белые пятна.

Чугунов проследил, как в переходе исчезает Лунарет, сидящая верхом на лошади, и, получив хлопок по спине от Кэлтира, тронул своего коня, который совершенно не боялся перехода. На мгновение открытые участки тела ожег легкий кусачий морозец, и его потянуло в неизведанную даль.

Да, передвигаться через перемещение, сидя на коне, было гораздо удобней. То ли животина хорошо понимала, то ли ее так не крутило, но на этот раз обошлось без падений, просто Чугунов слегка в седле покачнулся, а конь под ним несколько раз переступил копытами и постарался убраться от портала как можно дальше.

Сергей завертел головой, они оказались в каком-то овраге с высокими склонами. Над шаром перехода нависал козырек, эльфы же рассредоточились, сжимая в руках луки, и настороженно вглядывались во тьму Тридевятого царства. А то, что они вернулись, было так же очевидно, как то, что солнце на Земле встает на востоке, а заходит на западе. Ну, с чем можно спутать три красные луны в небе? Сергей порылся в сумке и достал свои артефактные очки.

- Добро пожаловать обратно во тьму, - буркнул он себе под нос и задумался о том, чего он не остался там, откуда явился? Нашел бы способ перебраться на материк, золотишка у него хватает, устроился бы. Но нет, поперся обратно туда, где его наверняка ищут.

Интересно, кстати, насколько он тем, кто его потерял, нужен? Может, у них другой ключ имеется? Но ответов на такие риторические вопросы не существовало. Их надо задавать не себе, а изловить того, кто работает на эту сволочь, будь она… Сергей уже хотел мысленно произнести «проклята», но вовремя остановился, почувствовав, как медленно теплеет ведьмина метка. Платить куском души и ускорять ее разрушение ради мелкого проклятия, которое не факт, что сработает, глупо.

Вскоре весь отряд собрался в овраге. Последним в Тридевятое царство перешел Кэлтир.

- Остаемся тут, - скомандовал он. - На сон шесть часов, и выдвигаемся. К завтрашнему вечеру, - он достал карманные часы и вгляделся в местный странный циферблат, - мы должны оказаться на тракте.

Сергей посмотрел на свои трофейные часы, поднятые с покойника, те показывали то же время, что и у эльфа. Его уже просветили, что время выставлять не надо, оно как-то само, плюс они не нуждались в подзаводе, поскольку питались энергией Тридевятого царства. Но в других мирах они останавливались и только по возвращению начинали фурычить. К счастью, настройка проходила почти мгновенно.

Устраиваясь, как всегда, возле колеса фургона, он почувствовал направленный на него чужой взгляд. Последнее время эта особенность проявилась у него во всей красе. Повернув голову, он увидел Лунарет, но эльфийка тут же отвернулась.

Чугунов пожал плечами и, забравшись в спальник, уставился в колесо. Нравится ей в тайну играться, пусть, не его собачье дело, к завтрашнему вечеру они расстанутся, и, скорее всего, навсегда. С этой мыслью он и уснул, большое эльфийское приключение с заброшенными храмами и богами почти закончилось, а ему надо спешить, почти неделю потерял на всем этом, а ведьмина метка никуда не делась.

Сухой звук выстрела разлетелся по черному лесу. Эльф, ехавший первым, если не считать головной дозор, вылетел из седла, но тут же легко вскочил на ноги и скрылся в кустах. Еще два выстрела угодили в Лунарет, та покачнулась в седле и рухнула грудью на шею коня, который в один прыжок скакнул в заросли, скрывая там раненую, а может, и убитую хозяйку. На этом успехи засадников закончились. Остальные эльфы действовали слаженно и быстро. Мгновение, и вот дорога опустела. Ну, как опустела? На ней, прикрытый фургоном, остался один растерявшийся человек. Так что следующий выстрел пришелся в замешкавшегося Чугунова. За мгновение до этого парень дернулся в сторону, и пуля свистнула возле самого уха, словно намекая, что пора бы укрыть дурную башку, пока в ней не появилось непредусмотренное природой отверстие. На этот раз Сергей понял прозрачность намека и свалился на землю, прикрывшись колесом повозки или фургона. Да черт его знает, как правильно эта хрень называлась, короче, телега с тентом. Меч он лапать не стал, сейчас говорят стволы, и он потянул из кобуры трофейный пистолет, очень напоминающий здоровенный пустынный орел, но это габаритами, а так… Да хрен его знает, Сергей в пистолетах не очень разбирался. Быстро выглянув из-за колеса, он попытался обнаружить стрелков, но никого засечь не смог, ни нападавших, ни скрывшихся в лесу эльфов. По нему не выстрелили, то ли не видели, то ли не до того им было. Сергей вскочил на ноги и рывком, преодолев метра три открытого пространства, скрылся в лесу. Где-то со стороны засады грянул выстрел, затем еще один и еще, потом все стихло. Чугунов тронулся в ту сторону, перемещаясь от дерева к дереву, вглядываясь в темноту. Лес был довольно густым, и обзор ограничивался метрами десяти при самом лучшем раскладе.

Нечто белое впереди он заметил почти сразу, это была лошадь Лунарет по кличке Снежа, единственная такой расцветки на весь отряд. Она стояла всего в трех шагах от дороги, опустив вниз голову. Сергей секунд двадцать вглядывался, ища остроухую, но не видел ее. Медленно, от укрытия к укрытию, он добрался до лошади. Хозяйка была здесь же, она лежала на земле лицом вниз. Парень сделал последний рывок и, припав на колено, перевернул девушку на спину. Она была еще жива, но уже уходила, обе пули угодили в цель. То ли они были мощнее той, что сбила на землю молодого Рилтаса, то ли не выдержала куртка.

- Лекаря сюда, - заорал Сергей, что есть мочи, зажимая ладонью два пулевых отверстия, - Лунарет умирает! - Он завертел головой, ища кого-то из остроухих взглядом, но лес вокруг был пуст.

Чугунов посмотрел на девушку, именно в этот момент хрипло дышавшая эльфийка открыла глаза и уставилась на него.

- Монах, - просипела она с трудом.

- Сергей, - шепнул он ей в ответ. - Меня зовут Сергеем.

Лицо девушки осветила искренняя открытая улыбка. Она с трудом подняла правую руку и накрыла его ладонь, лежащую у нее на груди, своей.

- Спасибо тебе, я умираю не в одиночестве. - Она сделала паузу, набираясь сил. - И спасибо за то, что между нами было. - Она снова замолчала. - Среди звезд, - продолжила она, хрипя, - мне будет, что вспомнить. Прощай, Сергей!

- Ты держись, - растерялся Чугунов, не зная, что еще можно сделать, - сейчас твои прибегут, напоят зельем. Лекаря, - заорал он снова на весь лес, вертя головой и выискивая кого-то из эльфов.

В этот момент он почувствовал, как тело девушки дернулось. Ее рука, лежащая на его, соскользнула и бессильно упала на мягкую, пропитанную кровью землю. Из ее груди поднялось серебристое сияние, сформировавшееся в небольшую крохотную звездочку, которая, несколько секунд повисев, освещая лицо Сергея теплым, живым светом, резко устремилась в небеса.

- Прощай, остроухая, - закрывая застывшие навеки серебристые глаза, прошептал Сергей, - я буду помнить тебя.

Убрав окровавленную руку с ее груди, Сергей поднялся на ноги и, отойдя к ближайшему дереву, уселся, опершись спиной на ствол. Странно, просто тихая грусть от гибели красивой женщины. Наверное, не будь у них этого момента на берегу реки, он бы вообще не переживал о гибели этой стервы. Но там она раскрылась совсем с другой, страстной, человечной стороны, на короткий миг они стали близки. Наверное, поэтому эта смерть отдалась тупой болью в груди, хотя не первый раз на его глазах умирают люди. Но тогда, когда погибли родители, все было куда хуже, там все было как-то иначе, по-другому, он тогда пацан семнадцати лет просто был в шоке и плохо осознавал реальность. А сейчас просто как-то ближе, ярче. Может, потому что его рука в ее крови, и он чувствовал, как из тела Лунарет уходит жизнь. Не душегуба, которого он прибил, не ведьмы, которую обезглавил, на которой клейма ставить негде, и не тех поляков, что охотились за его семьей, первых убитых им людей. Хотя людьми их можно назвать с большой натяжкой, скорее, слово «нелюди» подойдет. А здесь смерть красивой молодой женщины.

Он поднял левую руку и коснулся рваного шрама в виде печатной буквы Л на своей щеке. Смерть эльфийки всколыхнула прошлое, словно муть в озере с илистым дном поднялась на поверхность, заставив вспомнить…

*****

В тот августовский день его семья, все бросив, вынуждена была бежать из Суджи от националистов, решивших, что те, кто говорят на русском языке, недостойны жизни. Тогда в их машину угодил сброс с дрона. Родители погибли на месте, а он выжил, правда, обзавелся этим шрамом, который выглядел довольно пугающе и отталкивал людей. Тогда в машине сгорело все - деньги, документы, родители.

В тот день Сергей впервые столкнулся со смертью так близко. Тогда же он впервые убил человека, и не одного. Хотя не люди они. Пара украинских боевиков на кроссовом мотоцикле догнали улетевшую в кювет машину спустя пару минут после сброса, видимо, хотели пошарить в вещах беженцев. Они остановились совсем рядом, метрах в трех, весело смеялись. Чужая речь, похожая на польскую, во всяком случае, слово «курва» прозвучало раза три, резанув слух Сергея, который именно в этот момент пришел в себя. Схватив отцовский «Вепрь», дробовик-полуавтомат, который валялся на заднем сиденье, с ненавистью, крича то ли от боли, то ли от ярости, которая буквально затопила его, он выдал серию выстрелов на весь магазин, все восемь зарядов, картечь вперемешку с пулевыми, прямо из выбитого заднего стекла. Первому, что был за рулем, досталась пуля в шею, второму пара пуль и заряд картечи прямо в голову, от которой после такого осталась только нижняя челюсть, остальное угодило в грудь. Бронежилет справился, но это было неважно…

Машина в этот момент загорелась, да как-то сразу быстро полыхнуло, что он едва успел выбраться. А потом он брел куда-то через лес в полном беспамятстве, спотыкаясь и падая, обдирая руки. Так он оказался в каком-то монастыре. Пришел он в себя только через две недели, до этого не помнил ни себя, ни что случилось, хотя монахи спрашивали. А потом разом нахлынула и боль потери, и осознание того, что он даже родителей не проверил, живы ли…

*****

Вдалеке треснул винтовочный выстрел, и снова все смолкло. Сергей тряхнул головой, прогоняя тяжелые воспоминания, навалилась усталость. Вдруг из тьмы возник Кэлтир, за ним еще двое эльфов с луками в руках. Они молча склонились над мертвой эльфийкой.

- Доставайте зачарованную ткань, - спустя минуту произнес глава отряда, - Лунарет упокоится в Золотом лесу. За успешный поход мы заплатили кровью, бесценной кровью дочери лесов.

Сергей посмотрел на Кэлтира.

- Я пытался ее спасти, - спокойно, без какого-либо надрыва произнес он. - Я звал вас, но никто не пришел.

Эльф молчал. Наконец, он тихо произнес, так, чтобы услышал только Сергей:

- Ты сделал для нее очень важное дело, она умерла не в одиночестве, с ней был тот, кто был для нее важен. - Он повертел головой, выискивая своих. Не найдя, он склонился почти к самому уху Сергея и прошептал, - я видел вас на берегу реки, ей будет, что вспомнить среди звезд. - После чего эльф разогнулся и, резко развернувшись, ушел, оставив Чугунова одного.

Сергей задрал голову, но не увидел никаких звезд, только кроны деревьев. Да даже если на дорогу выйти, все равно не увидит, этот мир не мог ему дать эту возможность, не было их тут. Но он точно знал, что где-то там, в вышине, теперь есть звездочка, которая будет за ним приглядывать.

Прибежала пара эльфов, быстро завернула труп Лунарет в какую-то золотую, слегка светящуюся в темноте леса ткань, и унесла к дороге. Сергей же достал трубку и, посмотрев на окровавленную руку, сначала снял с пояса флягу. Долго отмывал ее, даже вода кончилась, теперь побираться придется, но эльфы везли с собой достаточный запас в фургоне, так что проблемой это не станет. Отмыв кровь, он просто сидел и курил. Странно, в этот момент, в свой последний вздох девушка стала ему ближе, чем все остальные вместе взятые. Почему? Сергей не знал. Может, потому, что, умирая, она думала о нем, как о самом ярком событии своей долгой жизни? Интересно, а зачем она нужна, такая жизнь? Долгая, бесконечная… А самое важное воспоминание у нее о сексе с человеком, которого еще несколько дней назад презирала.

- Легкой тебе дороги, остроухая, - шепнул он себе под нос и, бросив последний взгляд на залитую кровью траву, вышел на дорогу.

Остальные эльфы уже были в седлах, ждали только его, но ни один из них не поторопил человека. Сергей вглядывался в их лица, ни презрения, ни надменности, ни неприязни, эльфы смотрели на него с теплотой. И это произошло не когда он помог добыть им древний меч, тогда они стали просто относиться к нему с терпимостью, а сейчас, когда он принял последний вздох одного из них.

Сергей направился к своему коню, стоящему позади повозки, за которой он укрывался. Забравшись в седло, он вопросительно уставился на Кэлтира, тот кивнул и, махнув рукой, отдал приказ трогаться.

Метров через сто Сергей увидел тела нападавших, их было шесть, все люди, какие-то грязные, опустившиеся. Одного из них он узнал, в отличие от остальных оборванцев он выглядел куда лучше. Именно его Чугунов видел в трактире Деда, тихий, молчаливый, он сидел в углу и таращился на посетителей. Теперь многое встало на свои места. Но это знание ничего не принесло Сергею, просто еще раз доказало, что дороги Тридевятого царства очень опасны, и расслабляться нельзя. Шли эти разбойники за мечом или просто за имуществом эльфов было совершенно не важно. Важно то, что одна очень красивая эльфийка стала еще одной звездой на небосклоне.

Отряд остановился и стал грузить тела в почти пустую телегу, нельзя оставлять их непогребенными. По какой-то причине сжечь их тут эльфы не захотели, решили везти до постоялого двора Деда. Ну да это их дела, Сергею было плевать.

Глава 15

Если верить местным часам, отряд выбрался на тракт в расчетное время. Как и хотел Кэлтир, они оказались на дороге примерно в двадцать четыре часа. Учитывая, что в Тридевятом царстве в сутках их тридцать, до конца дня еще было время.

- Мы в трактир к Деду, надо отдохнуть, - остановив коня рядом с Сергеем, произнес Кэлтир. - Ты с нами? Мы платим.

- Сколько до туда? - озадачился Чугунов.

- Часа четыре, - прикинув в уме, ответил эльф, - не меньше, но Аркона в другой стороне.

- И это конным, - задумчиво произнес Сергей, - пешком еще дольше будет. Вы знаете тракт лучше меня, сколько до следующего трактира?

- Часов шесть-семь конным, - подал голос Сильрион.

- Значит, пешим двенадцать, - подвел итог Сергей, - а то и больше, так как я устал. Пойду я, - наконец, озвучил парень свое решение, - в лесу переночую, а там на дневку задержусь. Удачно вам добраться до дома.

- А я не сказал? - наморщил лоб Кэлтир. - Я же коня тебе отдаю, он теперь твой.

- С чего такая щедрость? - удивился Сергей. - Обещанное выплачено, договор соблюден.

- Могу я сделать подарок другу? - усмехнулся эльф. – Ты совершил куда больше, чем должен был по договору, сам стражей убил. Так что конь - совсем небольшая плата за твое деяние. Да и конь этот эльфийский, очень умное животное, если не продашь его, и понадобится добраться до нашего мира, просто шепни - Нолдор, так называется наша ветвь эльфов, и он довезет тебя.

- Принимаю, - не стал кочевряжится Чугунов. - Плохо, что я не умею о них заботиться. Нет, конечно, кое-чему у вас научился, но до тех, кто имеет дело с конями постоянно, далеко. Но лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Прощай, друг.

- Прощай, друг, - пожимая протянутую руку, произнес в ответ Кэлтир.

Сергей окинул взглядом остальных эльфов.

- И вы прощайте, легкой вам дороги домой.

- Прощай, Монах, - выдали они синхронно, словно репетировали. - Мы будем помнить тебя и твои дела.

Сергей развернул коня и, махнув рукой, пустил его небыстрой рысью, держась неподалеку от обочины дороги. До трактира он так и не добрался. В полночь, когда и он, и конь окончательно выбились из сил, Сергей волевым решением свернул с дороги и, найдя возле лесного ручейка крохотную полянку, устроился на ночь. Эльфийский конь спокойно щипал траву и пил из ручья, Чугунов же устроился в спальнике под одним из деревьев и мгновенно уснул. Плохо, конечно, что он теперь один, и некому встать на стражу, места все же не слишком спокойные, кроме тварей тут и лихие люди промышляют, но поскольку он все же встал лагерем не у самой дороги, а метрах в трехстах, да и огня не разводил, то у парня имелся вполне реальный шанс проснуться. Так и вышло, судьба, видимо, решила, что с него достаточно приключений, дала ему спокойно переночевать, а потом добраться до следующего трактира, разве что на последнем километре небо затянуло облаками, а потом и дождь начал накрапывать, но это мелочь - только настроение испортилось.

Внутрь его пропустили без вопросов. На дворе стоял день, если такое понятие могло существовать в мире вечной ночи. Вышибала на воротах проверил его артефактом. Мальчишка, получив десяток медных монет, заверил, что расседлает Тумана и позаботится, а за серебрушку седельные сумки овсом наполнит. Сергей кивнул и, доплатив запрошенное, направился к дверям трактира. Общий зал был почти идентичен тому, что и у Деда. По дневному времени он был пуст, только за стойкой стояла сухая высокая женщина лет пятидесяти.

- Рада приветствовать, - приветливо кивнула она, - меня зовут Аглая, я хозяйка этого трактира. Чего желаете!?

- Комнату, вымыться, постираться, горячее на обед, ужин и завтрак, - потребовал Чугунов.

- Пиво или вино? - тут же среагировала женщина.

- Пиво, - немного подумав, ответил Сергей, - и гренок к нему чесночных.

- Будет исполнено. Садитесь за стол, или желаете сначала в комнату подняться? Да, у нас запрещено любое оружие, кроме ножей, все оставляете в шкафу в вашей комнате. Он запирается на зачарованный ключ, но у нас не воруют. Безопасность вас и ваших вещей на территории трактира - наша забота.

Сергей кивнул, мол, верю, но иллюзий на этот счет не испытывал. Сам же подумал, что при удобном случае надо завести себе артефакт хранилище, в которое можно все его имущество запихнуть, и носить на поясе, были и более дорогие варианты в виде браслетов.

- Сколько за все? - поинтересовался он.

- Комната на сутки с едой - золотой, плюс постирка и баня - еще пяток серебрушек.

Сергей кивнул и, вытащив из кошеля куны, выложил их на стойку перед Аглаей. Дорого, куда дороже, чем он заплатил Марфе в деревеньке Андрея. Но что делать? Он нуждался в отдыхе, нормальном отдыхе, а не под придорожным кустом.

- Так что сначала - есть или в комнату поднимитесь? - допытывалась Аглая.

- Комната, - решил Сергей. - Сброшу свой скарб да куртку и спущусь.

Трактирщица кивнула и достала железный, слегка побитый ржавчиной, массивный ключ, на головке которого были вырезаны кое-какие руны, но Сергей их не знал. Коснувшись его, он увидел, что тот слабо засветился. Андрей рассказывал, что так он временно привязан к хозяину комнаты. Потом, когда Чугунов съедет, его очистят и выдадут следующему жильцу. Против воров довольно надежная система, но староста тогда заметил, что весь вопрос упирается в силы и средства, которые грабителю нужно затратить, чтобы пролезть в комнату, стоит того добыча, или черт с ним.

- Последняя по коридору, там умывальник есть, а банька уже нагрета, можно идти.

- Сначала поем, потом схожу, - решился Сергей и, закинув на плечо доставшую его сумку, пошел к лестнице, ведущей на второй этаж.

Простая комната. За тяжелой, сделанной из толстых досок дверью кровать, стул, стол, шкаф, в который отправились мечи, пистолет и сумка. На поясе остался только нож из голубоватой стали, покрытой рунами. Куртку тоже решил оставить, жарковато в зале.

Когда Сергей спустился, на столе уже стояло все, что он заказал, и картошечка с приличным куском отбивной, и пиво с гренками, и даже какой-то салатик. Чугунов, который утром сжевал половину прессованного козинака, запивая этот сухпай водой, с жадностью набросился на еду. Через полчаса, расправившись с обедом и допив пиво, он блаженно потянулся и поднялся из-за стола. Тут же возникла разносчица, которая прибрала грязную посуду и скрылась на кухне.

- Ну, и где ваша баня? - поинтересовался он у Аглаи.

- Справа стойку обойдите, там дверь, за ней коридор, который ведет во внутренний двор. Рубаха и штаны есть запасные? А то могу дать напрокат, всего пяток медяков.

- Есть, - заверил он трактирщицу. - Хотя, давайте ваше, те тоже простирнуть нужно. Сейчас схожу, возьму и спущусь.

Женщина кивнула, приняв монетки.

- Одежду сменную здесь найдете, когда спуститесь. Тапки бесплатно дам. К ужину все будет чистым и сухим.

Сергей кивнул и направился обратно в комнату.

- Грязное бросайте в бане, - крикнула ему в спину женщина, - там корзина плетеная. Вы единственный постоялец, не перепутают.

Вообще, сервис придорожных трактиров Сергею нравился, хотя оценить его у Деда не получилось, комнат-то пустых не было. Иметь на тракте место, где можно поесть, отдохнуть, постираться, ну и покутить, всегда нужно. Главное не забывать, что он теперь не нищий бродяга, у него дорогие артефакты, ювелирка, золото в монетах.

Прихватив грязное белье, он спустился вниз, взял пахнущее травами чистое, предоставленное напрокат, и направился в баню. При этом не было у Сергея никакой брезгливости - то, что эти шмотки кто-то носил до него, наплевать, на нем штаны и ботинки с мертвеца из храма, куртка в комнате тоже с трупа. Сапоги с самого первого покойника, добытые в куске мира ведьмы, чтобы место не занимали, он все же выкинул, хоть жаба и душила.

Скинув грязные шмотки, Чугунов уже собирался зайти в парилку, когда в предбанник заглянул дюжий мордоворот в войлочной шапке и с вениками в руках.

- Попарить? - поинтересовался он густым басом. - Даже доплаты не нужно, все включено.

- А давай, - легко согласился парень на услуги банщика. - Давно меня по спине вениками не ходили. Жду в парилке.

Это была отличная баня с сухим паром, с дощатыми, хорошо ошкуренными полоками, с жидким, нагревшимся мылом, и вениками его от души отходили, детина свое дело знал крепко. Выбрался Сергей на улицу спустя сорок минут довольным и даже отдохнувшим, хоть сейчас в путь, но это так, к слову, дневка ему была нужна. Выкурив трубочку на лавке, он дополз до кровати и, рухнув на набитый сеном простой матрац, вырубился.

Когда он проснулся, часы, лежащие на стуле возле кровати, показывали местные двадцать четыре часа. Он выспался и отдохнул, можно спокойно спускаться на ужин. К тому же в ногах на спинке кровати его ждали выстиранные вещи. Честно говоря, Сергей задумался, стоило ли дальше оставаться? Да, он вроде как заплатил до утра, значит, это минимум еще часов пятнадцать. Но имеет ли смысл ждать утра в мире, где из времени суток имеется исключительно ночь? Он бодр и свеж, скоро еще и сыт будет. Смысл торчать тут? Спать не хочется, песни горланить с другими посетителями и литрами глушить местное пиво парня не прельщало, а чем еще заняться, он не знал. Пожалуй, надо поесть и двигать дальше, время еще есть, но лучше иметь его побольше в запасе.

В общей зале было шумно, народу человек двадцать, не меньше. Все люди, никаких иномирцев, во всяком случае, с виду. Сергей окинул столы взглядом, выискивая пустой, но таковых не было, имелась пара свободных мест с краю за большими общими.

Аглая его заметила, сделала знак, указала на стол, ближайший к стойке, там как раз было свободное место. Чугунов, кивнув сидящим за ним людям, примостился на лавку. Внимания на него не обратили, глянули на незваного гостя и вернулись к своей еде, выпивке и разговорам. Сергей сидел, ожидая свою кормежку, и прислушивался к разговорам. Главная тема за этим столом была про нападение на какой-то торговый караван километрах в семидесяти отсюда, в противоположную от Арконы сторону. Это даже дальше, чем сверток на деревню Андрея. По мнению мужиков, поработали бездушные и призрачные твари, большая стая, поскольку людей выбили, а товар не тронули. Про это говорили с завистью, три фургона с товаром кому-то на халяву достались. Сначала Сергей подумал, что разговор идет про караван, в котором его везли как пленника, но нет, с момента нападения прошло всего двое суток.

Наконец, перед ним появилась еда и пиво с неизменными чесночными гренками. Через сорок минут, расправившись с приличной порцией, он понял, что не особо хочет вот прям сейчас куда-то идти, уж больно сильно он набил брюхо. Поднявшись и кивнув мужикам на прощание, он вернулся в комнату. А вот дальше началось то, что называется законом подлости - дверь приоткрыта, и из щели пробивался едва заметный тусклый свет. Если бы светильник в коридоре был поярче, так и не заметишь. Чугунов, вооружившись ножом, толкнул дверь, которая без скрипа распахнулась, в нос пахнуло паленым мясом.

«Вот тебе - у нас и не воруют», - глядя на обугленный труп рядом с раскрытым шкафом, который до сих пор сжимал в руке рукоять Грозного, подумал Сергей. Вздохнув, он развернулся и отправился вниз.

- У меня в комнате труп, - сообщил он трактирщице тихо.

Аглая замерла, растерянно хлопнув глазами.

- Что? - переспросила она.

- Вор там мертвый, - уже громче повторил Сергей. - Так-то у вас не воруют? Как вы мне говорили? «Безопасность вас и ваших вещей на территории трактира - наша забота», - процитировал хозяйку Чугунов.

Люди, сидящие ближе к стойке, замолкали, поворачиваясь в сторону Сергея. Вскоре в общей зале повисла гнетущая тишина.

- Эй, Михаил, - позвала трактирщица, вышибалу. - Сходи с постояльцем, глянь, что там такое.

Здоровяк у входа недобро зыркнул на парня, после чего тяжело, нехотя поднялся и потопал к стойке. Аглая смерила вышибалу оценивающим взглядом, поняла, что тот самостоятельно больше накосячит, чем разрулит.

- Я сама с вами схожу, - наконец, решила она. - Эй, Сиорка, живо за стойку, за меня постоишь.

Девчонка подавальщица выскочила с кухни и быстро заняла место Аглаи.

Так и пошли втроем - Сергей впереди, словно указывая дорогу, трактирщица с вышибалой сзади.

- М-да, - протянул детина, чеша затылок, глядя на обугленный труп. - Если бы не сапоги, не опознали бы. Это Ларгуна, конюшего. Вот, значит, кто у нас подворовывал.

Трактирщица присела рядом с телом, потом огляделась, подняла что-то, напоминающее обычный ключ, только серебристый, новый, изрезанный рунами куда гуще, чем оригинал в кармане Сергея.

- Дорогая вещь, профессиональная, - озадаченно произнесла женщина, - кун сто золотом стоит. Откуда у сопляка такие деньги?

Михаил только растерянно плечами пожал.

- Может, спер у кого? - предположил он. - Люди тут разные бывают, не та вещь, которую проверяют постоянно. Вот и уехали, не поняв, чего лишились.

- Может быть, - согласилась Аглая, после чего поднялась и посмотрела на Сергея. - Так ли надо было его убивать? - спросила трактирщица.

- А это не я, - покачал головой Чугунов, - он таким уже был. Нечего было за рукоять моего меча хвататься, он только мою руку признает. Не трогал бы его, ограничившись содержимым сумки, я бы и не узнал, жадность его сгубила. Итак, хозяйка, за язык тебя никто не тянул, но ты сама заверила, что здесь все в полной безопасности. Надо бы за слова ответить.

- Ты чего это удумал? - осознав сказанное, угрожающе зарычал Михаил, его руки сжались в нехилые такие кулаки, которые вышибала готов был пустить в ход, да и пистолет на боку нервировал Чугунова.

- Ничего не удумал, - покачал головой парень, - но своего не упущу. Давай так, хозяйка, решим. Я без претензий, но взамен потребую от тебя вот эту отмычку, что у паренька твоего нашлась. Я так понял, она вид любого ключа принять может. Воровством я заниматься не планирую, но я тот еще любитель в неприятности влипать, черт знает, где понадобится замок вскрыть. И второе - про то, что его мой меч убил, ни слова, сработала чародейская закладка на шкафу и прибила вора. Говорить людям, что это твой конюший, или якобы просто случайный грабитель с улицы забрался, твое дело.

- А про паренька мне что сказать? Его многие, кто в зале сидят, знают.

- Не моя беда, - покачал головой Сергей. - Скажешь, уехал с караваном, и нового найдешь, только честного. Мне твою репутацию губить без надобности, может, не последний раз у тебя гощу.

- Дорого, - выдал сакраментальное вышибала.

- А репутация вообще штука дорогая, - отозвался Сергей.

- Тебя как звать, парень? - поинтересовалась Аглая.

- Монахом зови.

- Вот что, Монах, - протягивая ключ, произнесла трактирщица, - я согласная. Если ты языком трепать не будешь, то все пройдет, как надо. Плохо, что вся зала в курсе, но ничего, там в основном свои, завсегдатаи, мне только пара рож незнакома, так что улажу я все. - Она строго посмотрела на вышибалу. - Ты тоже молчи. Давай тело демонстративно вниз и сразу на задний двор, чтобы люди в зале увидели, но ничего не поняли.

- Да, Барса, - кивнул громила.

Сергей, услышав прозвище, даже бровью не повел, сунул отмычку в карман, склонился над телом и, разжав прогоревшие до костей пальцы, вытащил из них рукоять.

- Забирай уголька, да я в путь-дорогу собираться буду. Спать не хочется, отдохнул я, да и пахнет тут горелым.

- Ну, комната еще одна есть, - задумчиво произнесла женщина. - Но, если решил идти, остаток того, что ты мне заплатил, честно верну. Думаю, пять серебрушек будет нормально.

Сергей кивнул, натянул на себя куртку, застегнув ее на все деревянные пуговицы. Она была короткой, не мешала носить Грозного, который занял свое место на бедре слева. Следом парень разместил кобуру с пистолетом, проверил, как вытаскивается, медленно, конечно, но проблем не было.

Михаил тем временем, морщась от запаха, поднял тело незадачливого воришки на руки и вышел за дверь. Аглая присела на стул и внимательно наблюдала за гостем, с каждой надетой вещью ее удивление росло.

Сергей же достал чехол, подогнанный ему эльфами, в который с небольшим трудом, но влезли оба трофейных рунных меча, в таком виде они не притягивали столько внимания, как при просто связанных ножнах. Закинув его за спину, пристроил на них сумку, оглядел комнату на предмет оставленных вещей, таковых не оказалось.

- Я готов, - сообщил он трактирщице.

- А ты, я смотрю, непростой парень, - заинтересовано произнесла она. - Эльфийский конь - довольно дорогая животина. Меч артефактный, пистолет не дешевка, куртка из кожи ракского зверолюда, большая редкость в наших местах. За спиной тоже какие-то мечи, но при этом на бывалого воина и авантюриста ты не тянешь. Кто ты?

Сергей усмехнулся и мысленно продолжил: «А еще у меня есть немало золота, оберег от эльфов, который сдержал очень нехилых в ментальном плане стражей, сердце бога, наверное, полная капсула фиолетовой эссенции, шесть с зеленой, и около десятка белой». Но вслух он сказал совершенно иное:

- Просто путник, которого кличут Монахом. Ну что, пойдем, дашь мне сдачу. Жалко, твой конюший такой гнидой оказался, теперь самому седлать. Надеюсь, он мне овес в седельную сумку отсыпал, как обещал?

- Не беспокойся, Монах, это стандартная процедура на территории моего подворья. Сейчас, пока пьешь кружку пива за мой счет, оседлают твоего скакуна и овса отсыплют, есть у меня люди, умеющие обращаться с лошадьми, и помимо Ларгуна. А ведь я этого гаденыша два года назад у работорговцев выкупила, его на продажу в Аркону везли из какого-то далекого мира, мать за долги отдала. Освободила, работу дала, а этот сучонок такую свинью мне подложил.

- Сдох Максим, да и хер с ним, - равнодушно отозвался Сергей, которому надоело стоять. Рюкзак прилично оттягивал плечи, несмотря на зачарование, все же это была бюджетная поделка, которую потом следует сменить. Сунув в руку хозяйки ключ от комнаты, парень вышел в коридор.

Спустившись по лестнице, на вопросительные взгляды посетителей поведал, что забрался в его комнату вор, совершенно левый мужик, которого убила защитная чара на сумке, которую он, Монах, в шкаф не убрал. Пьющие в зале мужики поверили. Как тело выносили видели, опознать работника Аглаи они не смогли, обуглило паренька на совесть, того только сапоги выдали. А кто из посетителей, даже завсегдатаев, помнит, как они выглядят? Так что тут порядок. А вообще интересно, как так вышло? Меч ведь сначала предупреждает, бьет не сильно, и только потом лупит со всей дури тех, кто с первого раза намека не понимает. Ну да ладно, одним дураком на этом свете меньше, и, скорее всего, он будет не последним. Как Сергей выяснил у Кэлтира, гайку на его пальце, которая позволяет ему орудовать мечом, он не видит, а значит, и остальные тоже, так что спереть эту штуку будет крайне проблематично. А еще парень чувствует направление на Грозного, если того уносят, перстень сигналит, и на нем появляется стрелка. Нет, козырный трофей он с того здоровяка, что ведьму почти убил, снял.

Выпив пива прямо у стойки и забрав пять серебряных монет, Чугунов кивнул окончательно успокоившейся Аглае и вышел на улицу.

Незнакомый мужик подвел ему уже оседланного Тумана, заявив, что седельные сумки полны овса, хватит до Арконы, на что Сергей, хмыкнув, заявил, что едет в другую сторону, и туда не собирается. Хоть уловка и примитивная, но черт его знает, может, сработает. И, если найдутся любители наживы, которые захотят пойти за ним, то уйдут они в противоположную сторону, а из двора и от ворот не видно, куда он свернет, направо или налево.

Забравшись в седло, Сергей неспешно тронул лошадку к воротам, заметив краем глаза, как за ним наблюдает курящий на крыльце мужик звероватого вида с перекошенным, благодаря шраму, лицом. Если его собственный шрам вышел хоть и заметным, но аккуратным, то у этого был толстый, бугрящийся, багровый рубец. Кстати, забавно, рану на его щеке ему обрабатывал монах, который раньше был дорогим пластическим хирургом, но бросил все нажитое и ушел служить богу.

Сергей выехал из ворот, проехал полсотни метров по дороге до тракта, и затем, обернувшись и не заметив никого любопытного, свернул в сторону Арконы. Дав Туману шенкеля, он ускорил животину, старясь отъехать как можно дальше, чтобы любопытные не заметили его на дороге, а потом тьма укроет. Хотя, это в родном мире люди пользуются глазами или какими-то техническими средствами, а здесь еще существуют умения, позволяющие идти по следу конкретного человека, даже если он прошел по этой тропке пару дней назад. Но для этого многое нужно, например, кровь, так, во всяком случае, объяснял Андрей. Конечно, умения имеются далеко не у всех, дорого это, хотя низшие вполне по карману, но все же, следопытов тут хватает… Такие перки, как для себя окрестил умения Сергей, встречаются довольно часто, и человека можно выследить, и на зверя поохотиться.

Но план есть план. Едва не вылетев из седла, Чугунов попридержал коня, дорога сделала небольшой, очень плавный зигзаг, огибая приличный овраг. Если кто и появится позади, чтобы посмотреть в какую сторону рванул этот странный парень, то в прямой видимости Сергея не обнаружит.

Дальше ехали почти шагом, лететь как на пожар, не совсем освоившись с конем, парень не собирался. Аркона пока что терпела и стала чуть ближе, чем в тот момент, когда он вышел за ворота деревни Андрея. Несмотря на его странствия, которые уже почти неделю длятся, он удалился от деревеньки, откуда начал путь, всего на пару дневных переходов. А если лошадку гнать галопом, то и еще меньше. Так что вперед, и на этот раз постараться без задержек.

Глава 16

То ли за ним никто не пошел, то ли преследователей ввел в заблуждение его маневр, но дальше ехал Сергей совершенно спокойно. Этому тракту было далеко даже до второстепенных областных трасс, хорошо, если раз в полчаса он людей видел. Два раза его обгоняли автомобили, старые, не раз крашеные и латаные внедорожники. Первый был Ниссан Патрол, второй - родной сердцу уазик, еще с брезентовой крышей. Но основной транспорт - лошади, только раз в большом караване, двигавшемся навстречу, он увидел пару железных коней, как в том, где его пленником везли. Надо сказать, выглядели они нереально круто. Теперь, рассмотрев их вблизи, без всякой спешки, Сергей впечатлился, этакий средневековый киберпанк, только двигались они не с помощью технологии, а с помощью магии. И стоили наверняка нереально дорого. Почему на этой технологии не делали машины, он не знал, хотя, если артефактная лошадь дорого, сколько будет стоить такой грузовичок?

По мере приближения к Арконе трасса становилась оживленнее, появилось больше свертков, временно исчезли леса, уступив место распаханным полям. Как в этой темени могло что-то расти, Сергей не понимал, но факт есть факт. Сомнительно, что сюда таскают эшелоны с картошкой, которую ему подавали почти на каждом постоялом дворе, да и лапша самопальная в супах была всегда. Вывод - есть зерно, есть мука, значит, все это тут растет.

Спустя двое суток после того, как он покинул постоялый двор Аглаи, стали попадаться и укрепленные поселки, домов на двадцать, чаще всего рядом с ними и находились распаханные поля. В одном таком Чугунов и заночевал, и комната нашлась в трактире, и помыться дали, и вышло куда дешевле, чем у той же Аглаи. Всего в золотую куну уложился с баней, постирушками, едой и местом для ночлега. Правда, без проблем не обошлось, но так фигня вышла, местные молодцы решили проучить заезжего хлопца, чтобы на девок их не засматривался. Бились по правилам, один на один по очереди. Их трое, Сергей один, крепкие парни, но бой их кулачный был примитивным, с силой от уха размахнуться, чтобы ударить посильнее, сами удары - медленные, не точные. Сдулся Чугунов на третьем, вырубили его все же, попав разок. В чувство привели, вылив на него полведра воды. Пришлось идти, рубаху менять, хорошо, запасная имелась. Дальше он с этими молодцами пил мировую, потом утром маялся головной болью, поскольку молодцы пили какую-то ядреную хрень, которая пилась как вода, а по башке била как спиртяга. Так что в путь он отправился, если верить часам, только после обеда. Да и то ехать в таком состоянии одно мучение, и он остановился в ближайшем трактире, требовалось головушку, да и весь организм в порядок привести. На это ушло почти двенадцать часов, зато все же смог отдохнуть нормально, и выехал, можно сказать, на ночь глядя.

Вообще-то, мир, казавшийся вначале очень страшным и опасным, теперь выглядел совсем иначе. Да, приключений на долю Сергея выдалось немало, наверное, это и создало впечатление, что тут не жизнь, а борьба. Но вот сейчас, оказавшись в обжитых местах, ну хотя бы вдоль тракта, он уже двое суток ехал, не хватаясь за рукоять пистолета или меча. Едет себе человек и едет, никого не трогает, и его никто не трогает…

- Сглазил, - выдохнул Сергей.

За крутым поворотом дороги, где снова начинались деревья, росшие на каком-то скалистом склоне, раздался выстрел, затем еще один, закричал раненый. Выстрелы затрещали куда чаще. Сергей слез с лошади, уводя ее с дороги в сторону деревьев, и теперь прикидывал, что ему делать: идти вперед, выяснять, кто с кем схлестнулся, или подождать, когда все закончится? Но у второго варианта был минус - те, кто напал, могут и на него налететь, и тогда ему придется принимать бой в одиночку. Решив все же выяснить, кто там рубится, он, укрываясь за деревьями, пошел вперед.

Бой, идущий на дороге, открылся как-то внезапно. Большой караван, с десяток телег, сбился в кучу. Человек десять, может, пятнадцать, укрывшихся за ними, отстреливались из винтовок и луков от каких-то странных существ, смутно знакомых Чугунову. Вот только, где он такое видел, вспомнить парень не смог, сколько память не напрягал. Они были похожи на полулюдей, полукотов. Вооружены короткими копьями и кинжалами, обряжены в кольчуги и кожаные доспехи. Они лезли из открывшегося прямо посреди дороги портала, напоминающего щель в скале, словно кто-то рассек мечом пространство. Тот был красноватым, с рваными краями. Поддерживал его такой же кошак, как и атакующие, только с жезлом в руках. Он стоял позади разрыва, скрытый от глаз стрелков, спиной к Чугунову.

И тут в голове парня что-то щелкнуло, он вспомнил, где видел подобных, вселенная Скайрима, каджиты, один в один. До их мага было метров тридцать. Из пистолета Сергей вряд ли попал бы, вот из ружья или винтовки - запросто, а из незнакомого ствола, из которого и не стрелял ни разу, не рискнул палить.

Он рывком ушел вперед метров на десять, нужно торопиться, каджитов из щели выбралось с тридцатник, еще десяток валялись на каменистой дороге, не подавая признаков жизни. Но шустрые полукошаки добрались до первых защитников, и тем пришлось отложить огнестрелы и взяться за мечи и копья. Вот тут и сказалась численность противника, защитники быстро гибли под волной кошаков. Сергей судорожно прикидывал, что делать. Ну, завалит он этого мага, закроется щель, дальше что? Он останется один на один с двадцатью разъяренными каджитами, которые застряли здесь из-за него. А так, может, пограбят и уйдут, людей все равно уже не спасти. Но именно в этот момент картина боя резко поменялась. Из последней телеги, отбросив в сторону слабо светящиеся в ночи луки, спрыгнули мужчина и женщина, оба в пластинчатых доспехах с рунными мечами в руках. У мужчины полуторник, у женщины обычный, одноручный, фактически классический каролинг. Что они сделали, Сергей не понял, но клинки вспыхнули ярким белым светом, который залил все вокруг вплоть до портала, а когда он схлынул, эта парочка на невероятной скорости уже неслась вперед. Секунда, и они добрались до основной массы кошаков, так Чугунов впервые увидел применение умений. Два человека против почти трех десятков врагов. Тут и люди остальные оправились, и винтовочный огонь резко усилился. В основном стрелки били по задним рядам, стараясь не задеть неистовую парочку, которая рубила налетчиков в хвост и гриву, в прямом смысле этого слова. Не помогли противникам ни природная гибкость, ни скорость, два меча, словно две огромные бритвы, рассекали их броню, словно та была из газеты.

Кошаки попятились и в панике рванули к порталу, но в этот момент Сергей решился и, вскинув пистолет, дважды выстрелил в спину мага, или, как там этот каджит звался. Первая пуля сгорела в яркой вспышке, а вокруг кошака вспыхнула пелена, но на вторую пулю защиты уже не хватило. Поймав ее спиной, каджит рухнул на колени и, выронив посох, завалился вперед, а щель начала тут же стремительно затягиваться. Ринувшиеся обратно воины кошачьих не успели свалить, только трем удалось прорваться в схлопнувшийся портал. Еще одного разрубило пополам, здесь, на дороге, осталась только задница и ноги, остальное улетело в родной мир.

Мужчина и женщина же, ни на секунду не останавливаясь, рубили растерявшихся каджитов, и раньше, чем Сергей поднялся на ноги, все было кончено. Спустившись со склона на дорогу, парень демонстративно убрал пистолет в кобуру и тронулся к настороженно следящим за ним людям.

Сергей, игнорируя и стрелков, держащих его под прицелом, и парочку мечников, склонился над мертвым магом, вонзил в того сборщик. Руна на несколько мгновений засветилась, сообщая, что концентрирует энергию. Ну, вот и хорошо, еще прибыток. Пока шел процесс, Чугунов поднял с каменистой земли магический посох с камнем, очень похожий на тот, что он видел в руках мертвой магички, с которого забрал навершие. Но на этот раз Сергей решил забрать его целиком. Если эта штука ценная, продаст, деньги ему точно не помешают. Черт его знает, сколько ему еще дорогу обратно искать. Хотя он не понимал, зачем, он медленно вживался в этот мир, и он ему все больше нравился, только вот эта вечная ночь бесила. Быстро обшманав тело, он забрал пару амулетов с крупными камнями, перстень и мешок с какими-то изрезанными символами камешками, потом поспрашивает знающих людей, вдруг, ценное что.

- Спасибо, что помог, - подошел к нему один из обозников, сухонький такой, невысокий мужик лет сорока, - а то они бы сбежали. Часто они тут порталы открывают, тут спящий разрыв в их мир, вот и хулиганят каджиты.

Сергей на это чуть не заржал, похоже, кто-то подкинул разработчикам вселенной Скайрима образ полулюдей-полукошаков, а те его в игре реализовали.

- Тебя как кличут, парень?

- Монахом зови, - назвал Чугунов обознику прозвище.

- А меня Макаром, - кивнул в ответ мужик. - Куда путь держишь? Если на восток, присоединяйся, нам такой решительный парень подойдет, двадцать золотых кун в калитку положишь, как на месте будем. Тут недалеко, дня три пути.

- Не, Макар, извиняй, - покачав головой, ответил Сергей, - я в Аркону иду, и в деньгах, даже таких неплохих, не нуждаюсь. Сам видишь, кое-что даже с этого каджита поднял, думаю, за него отсыпать золота.

- В этом, паря, не сомневайся, - расстроившись, что не обозникам резная палка с кристаллом досталась, ответил Макар. - Хотя посохи каджитских магов не особо ценятся, слишком специфические, но пятьдесят золотых точно дадут. Хотя бы за материалы на переделку, дерево на них идет довольно редкое, отличный проводник силы.

Сергей покивал, получив новую информацию. В этот момент обозник, бродивший среди трупов, откинул тело одного из кошаков в сторону и за шкирку поднял с земли молодую девчонку, скорее всего, ровесницу Чугунова, а может, и помладше. Каджитская кожаная броня, короткие серые волосы, лицо залито кровью и, похоже, не своей, а валявшегося на ней здоровяка, которого она физически сбросить не могла. Она трепыхалась в руке обозника, который был выше ее на две головы и тяжелее раза в два, и с ненавистью сверлила людей взглядами. Судя по полностью человеческому виду, только ушки небольшие, мохнатые остались на макушке, эти полукошаки были отчасти оборотнями. По жизни обычные люди, а это, видимо, боевая ипостась, в которой они были быстрее и живучей, и вот сейчас она спала, оставив бесполезно дрыгающую ногами, не сказать, что красивую девицу.

- Смотрите, кто у меня тут, - довольно заявил он. - Господа наемники, - обратился он к мужчине с женщиной, которые так и стояли рядом с Макаром и вертели головами, приглядывая за заросшими лесом склонами, - ваш трофей. Такую служанку с радостью в любом придорожном трактире купят. Ошейник наденут, будет как миленькая работать.

Мужчина промолчал, женщина тоже, но бросила на здоровяка неприязненный взгляд. Может, ей претило продавать девчонку в рабство, может, просто потому, что она девчонка, а может, Сергей ошибся в своих предположениях и вообще не угадал. На пленную каджитку ему было плевать. То, что в Тридевятом царстве имеется рабство, Чугунов знал, теперь выяснил, что попасть в него можно с легкостью. Хотя надо этот вопрос провентилировать подробно. Вдруг только вот таких налетчиков продавать можно, а просто так свободного человека, схваченного на тракте, нельзя? Хотя, что значит, нельзя? Это не современная страна, если очень хочется, то можно, только везти надо далеко.

- В телегу ее нашу закинь, только свяжи, - распорядился мужчина. Потом, прищурившись, словно изучая, посмотрел на посох в руках Сергея, перевел взгляд на него самого. - Паря, а не много ли ты хочешь за один удачный выстрел? Самую жирную цель обобрал, а всю работу мы сделали. Нам твоя помощь вообще была не нужна, но ты подсуетился и снял сливки. Все железо и доспехи с этой каджитской швали не стоят столько, сколько ты поднял.

Ну, что сказать? С одной стороны, предъява обоснованная, Сергей и вправду сливки снял, с другой - право его на трофей бесспорно, он не работает на караванщиков, сам влез с помощью. Закон прост - кто убил, тот и обирает, если, конечно, не как у наемников с обозниками, там все в кучу, затем продается и делится на всех, кроме доказанных трупов. Тут, например, все просто будет, кто мечами махал, того и трофеи, обозники только стреляли. Сергей смерил мужика взглядом, решая, как быть, лезть в бутылку, напирая на право трофея, или предложить тому выкупить их долю, допустим, за двадцать пять кун золотом, взяв за основу цену в пятьдесят желтеньких. Но сначала решил качнуть мужика на вариант с законом по трофеям и посмотреть, насколько тот готов упереться.

- По закону трофей мой, - уверенно произнес Сергей. - Если ты решил лоха развести, то не выйдет. Я за вас в бой вписался, не прошу за это платы, хотя могу, потратил пули рунные, между прочим, дал вам шанс на победу. Так что палка и все, что с трупа, мне отходит. Может, просто скажете спасибо за помощь, и разойдемся бортами, как в море корабли?

Взгляд мечника потяжелел. На его плечо легла рука женщины, тот резко обернулся, но, наткнувшись на неодобрительный взгляд, как-то сразу сдулся.

- Принимаю право на трофей, Монах.

Сергей кивнул и решил, что может позволить себе этот щедрый жест.

- В знак доброй воли, - начал он, готов выдать вам двадцать пять золотых, как выкуп вашей доли. За основу возьмем минимальную цену, названую Макаром.

Мужик несколько секунд пристально вглядывался в лицо парня, ища в нем насмешку, но, не увидев ничего, кроме желания достойно разрулить ситуацию, кивнул.

- Принимаю.

- Сейчас до своего коня доберусь и отсчитаю деньги, - заявил Чугунов.

Мужчина снова кивнул.

Дальше ничего интересного не было. Приняв двадцать пять монет арконовской чеканки (на одной стороне был выбит медведь, вставший на задние лапы, на другой - почтенный старец с длинной бородой - Род), наемник, представившийся Алексеем, а свою напарницу назвавший Анной, вполне довольный сделкой, пожал руку Сергея, заявив, что честному человеку всегда рад и готов рекомендовать его в Вольное братство наемников и авантюристов, которому оказывает покровительство сам Перун. Штаб-квартира находится в баре «Меч Перуна», и когда Сергей доберется до Арконы, весть от него уже дойдет до нужных ушей. Как он опознал в Сергее новичка, парень не понял, но факт есть факт.

Рассчитавшись с наемниками, Сергей обменялся с ними вежливыми кивками и, объехав обоз, двинулся дальше к своей цели, а мужики остались на дороге, рубить лес для погребального костра. Хоть каджиты и не совсем люди, но оставлять такую кучу мяса на дороге они не захотели. Оно и верно, опасно это делать в Тридевятом царстве, во-первых, могут на них откормиться сильные твари, во-вторых, если на такую гору мяса набредет не слишком порядочный некромант, а среди этой братии, которой мирские законы не писаны, это случается нередко, то может большая беда выйти. Шутка ли - тридцать тел?

Горы кончились быстро, снова пошли поля и стоящие рядом с ними небольшие поселки. Вокруг каждого был выстроен высокий частокол, имелись вышки с лучниками и стрелками, вооруженными огнестрелом. К вечеру, когда вымотался и он, и Туман, Сергей нашел себе место для ночлега. Небольшой трактир стоял на высоком берегу довольно приличного, как ему потом сказали, озера, не Байкал, конечно, но все равно оно было куда серьезней, чем то, через которое он переплыл на рыбачьем баркасе. Отдаленно он напоминал трактир Адмирал Бенбоу из мультика «Остров сокровищ». Он был совсем небольшим и не шел ни в какое сравнение ни с тем, которым владел Дед, ни с тем, где хозяйничала Аглая. Маленькая общая зала, в которую с трудом вместилось бы человек пятнадцать, сейчас была пуста, только в углу дремал какой-то неопрятный мужик. Еще здесь имелась пара комнат, одна из которых, к счастью для Сергея, была свободна. Даже бани не было. Из всей обслуги - конюх, стряпуха и мутный мужик за стойкой, который окинул гостя внимательным, цепким и крайне неприятным взглядом. Но искать другое место для отдыха у Чугунова просто не было сил. Раньше надо было останавливаться, а теперь уже поздно переигрывать.

- Комната, умывальник там же, ужин, всего золотой, - заломил цену мутный.

- Не слишком дорого для таких скудных услуг? - поинтересовался Сергей.

На что мужик равнодушно пожал плечами, мол, не хочешь, езжай дальше, ищи, где дешевле.

- Черт с тобой, - уставшим голосом произнес Сергей и выложил перед трактирщиком шестнадцать серебряных монет.

- Золото давай, - скривился тот при виде белых кун.

- Нет золота, - отрезал Чугунов, - бери эти, - и, развернувшись, ушел.

Усевшись за ближайший стол, он принялся ждать еду, которая не замедлила появиться. Вот только едой это можно было назвать с большой натяжкой. Жратва - более точное определение того, что подали, хотя на вкус оказалось очень даже неплохо. Кислое пиво парень пить не стал, отхлебнул из своей фляги воды, которую набрал минут двадцать назад из придорожного колодца. Вообще это место нравилось Сергею все меньше и меньше. Получив ключ от комнаты, он подхватил свой рюкзак и вышел наружу, поскольку лестница на второй этаж вела именно оттуда.

Выкурив трубку на крыльце, Сергей посмотрел, как в крохотной конюшне звероватый мужик ухаживает за Туманом. Тут вроде был порядок. Поднявшись наверх и открыв ключом дверь, Сергей присвистнул, комнатой это было назвать тяжело, коморка под крышей. Топчан с матрацем и лоскутным одеялом, полметра в сторону стена, у окна стол и табурет, на стене напротив умывальник, под ним медный таз, лампа тоже отсутствовала, вот как хочешь, так и устраивайся.

Захотелось плюнуть на потраченный золотой и уехать, но он так вымотался, что глаза слипались, да и Туману нужен был отдых. Шкафа, куда можно убрать вещи, к которым прибавилась палка с него ростом, тут не имелось, пришлось запихнуть все имущество под топчан.

- Может, оказать людям услугу и спалить этот свинарник? - поинтересовался Сергей вслух сам у себя.

Умывшись и кое

Продолжить чтение